Золушка в Академии Ледяного дракона

А теперь стоит, улыбается, весь такой совершенный, словно это и не он притворялся глыбой льда. Ладно-ладно, в последние сутки притворяться глыбой льда у него получалось из рук вон плохо, однако пытался же!

– С избранником?… – подтолкнул меня к продолжению его снежность.

– С избранником… проблемы, – произнесла я. – Он должен быть… мужем.

– Да, – кивнул Ллайд, пока два его друга с огромным интересом рассматривали интерьер пещеры. Потом перешли на игры с песцами. – Но ты же не против мужа, правда?

Щеки вспыхнули.

– Смотря какого.

– Предлагаю рассмотреть мою кандидатуру, – произнес Ллайд, и вот ощущение было, что надо мной тут подшучивают, при этом руку все еще не отпустили.

– Ваша кандидатура, ваша снежность, давно вычеркнута из списка, – выпалила я, приподняв подбородок. – Вы слишком долго проявляли нерешительность и сомневались."

"– Ты права, – серьезно произнес Ллайд и наклонился ко мне, обхватив мой приподнятый подбородок пальцами правой руки. – Я непростительно долго сомневался. Я боялся обжечься, ведь понятия не имел, что ты – другая.

Я готов был поверить Иветте второй раз, потому что до беспамятства влюбился в тебя. Ты стала моим дыханием, моим наваждением во снах и наяву. Я ощущал тебя, стремился к тебе мыслями и телом, потерял покой с тех пор, когда ты прикоснулась к моему сердцу тогда, на балу, – Ллайд положил мою ладонь на свою грудь, – и если ты дашь мне шанс, уверяю тебя, я сделаю все, чтобы ты никогда не пожалела о своем решении.

Ух, как красиво! И смотрит так, что душу из меня вынимает.

Сердце колотится уже где-то в горле, ноги подкашиваются, а еще… я ощущаю его сердцебиение. И мне нравится этот ускоренный ритм. Нравится смотреть в эти льдисто-серые глаза, в которых я тону, чтобы вынырнуть в абсолютном океане счастья.

Но мне тоже страшно. Страшно вот так просто говорить «да», потому что драконы женятся раз и навсегда. Я же из другого мира, а Ллайд даже не знает об этом. Мне нужно многое обдумать и многое взвесить, ведь эти две недели я жила мечтой вернуться домой, душа в себе всякие мысли о том, чтобы остаться.

Поэтому принять решение здесь и сейчас – это слишком сложно.

Но что если на кону судьба этого мира? Мы ведь должны закрыть вьюжный источник…

– Ллайд… – выдохнула я.

– Ты можешь ничего не говорить сейчас, – произнес мужчина и нежно сжал мою руку, лежавшую у него на груди, с сияющим на запястье узором когда-то данной клятвы, спасшей меня от брачного ритуала с графом, – но видишь ли… мы женаты.

Что? Нет, не так.