Золушка в Академии Ледяного дракона

Почему же Ллайд не хочет уделить мне пару минут? Всего лишь пару, о большем я не прошу! Или он считает меня предательницей, ужасной преступницей, поэтому совершенно не хочет общения?

Но я не собираюсь напоминать ему о чувствах и наставлять на путь истинный, я желаю спасти его! Ведь если Иветта проведет с ним брачный ритуал, его счастливой и беззаботной жизни придет конец.

– Иветта, дорогая, у Владыки есть куда более важные дела, чем общение со студентками, – раздраженно произнес граф.

– Всё верно, – кивнул Ллайд и отошел в сторону, пропуская нас.

А как целовать этих студенток, так время находится, да, ваша снежность? У-у, мужчины! Я бы высказала ему всё, но побоялась, что за это прилетит от графа. Быть покалеченной совершенно не хотелось. А в этом мире у меня больше нет даже призрачной защиты. И БоПи совсем увлекся своими брачными играми…

Лакей проводил нас на третий этаж, в западное крыло. У нас с графом были не просто раздельные покои, а разные и находились они в разных концах коридора. На его просьбу поселить нас вместе, лакей непринужденно ответил, что все другие комнаты забронированы и менять их нельзя по указу повелителя льда.

Они состояли из двух комнат, первая – ванная, а вторая – спальня-гостиная, визуально разделенная на приемную с диваном и креслами и непосредственно спальню с кроватью и туалетным столиком. Рядом с кроватью обнаружились белые объемные коробки – с нарядами, туфлями и драгоценностями. Лишь один наряд мне не понравился – грязно-зеленого цвета, единственный цвет, который совершенно не подходит к моей внешности.

Когда Невилл едва ли не с пинка открыл дверь, дальше порога его не пустил призрачный барьер. Как бы он ни пытался пройти, не мог.

– Что за демоны?!

– Это барьер невинности, – раздался кроткий голос позади него, хозяйкой которого оказалась миловидная девушка в белом чепце.

– Но в Дракмаре не запрещены любовные связи до брака! – взбеленился граф. – Невинность девушки вовсе не имеет значения, как и невинность мужчины!

Невинность мужчины… звучит фантастически.

– Вы правы.