Злые чары Синей Луны

Я навсегда останусь здесь, чтобы мутить воду в вашем богоугодном гнездышке и пачкать его вшивую святость.

— Это вряд ли, — проговорил Хок, и в голосе его прозвучало усталое сопротивление, словно он собирался принять какое-то ужасно тяжелое, но необходимое решение. — Вам известно, кто я такой. Я был, есть и всегда буду принцем Рупертом из Лесного королевства. Младший брат Харальда. Трон и корона по праву принадлежат мне, если я пожелаю. Я — король Руперт, если захочу. Итак, моим первым и единственным королевским приказом я отпускаю тебя, Томас Чэдбурн.

Возвращайся в отведенное тебе место. Ступай.

Жареный издал не то смешок, не то всхлип."

"— Я должен был догадаться. Всегда найдут способ обвести человека вокруг пальца. Ладно, отправляй меня обратно в преисподнюю. Но тебе не отнять того, что я содеял здесь! Я творил кошмарные вещи и по-прежнему горжусь этим! Я был чудовищем, и мне это нравилось! Будьте вы все прокляты…

Он таял и таял, выкрикивая исполненные злобы, зависти и ненависти слова, пока, наконец, от него в комнате не осталось ничего, кроме еле уловимого запаха серы и черных закопченных пятен на полу.

Долгое время все молчали.

— Я отправил в ад множество людей, — проговорил, наконец, Ламент. — Тогда причины к этому казались мне справедливыми. Но я никогда всерьез не задумывался над тем, что это значит. Разве можно взирать на такую пытку и не испытывать жалости — даже к самым страшным преступникам? Но существуют тексты, очень старые тексты, где говорится, что проклятые содержатся в аду только до тех пор, пока не осознают истинного ужаса своих грехов.

Как только по-настоящему поймут и раскаются, они свободны.

— Вы верите в это? — спросил Сенешаль.

— Приходится, — отозвался Ламент. — Приходится.

Фишер отвернулась, лишь бы не видеть смятения на его лице, и… вскрикнула от изумления, подбежав к раскрытым ставням. Остальные присоединились к ней. Тьма за окном пропала, и ее место занял прелестный вид на Лесную страну с самой высокой точки, какую они знали.

Земля раскинулась вокруг на бессчетные мили. Громадные лесные угодья, необозримые шахматные доски полей, сверкающие на солнце реки, каменные и деревянные города. Им открылось Лесное королевство во всем своем великолепии. А вокруг чудесным образом возвращенного Собора развернулся во всю ширь Лесной замок: залы, комнаты, уютные опочивальни, трапезные и внутренние дворики — словно волны камня в бескрайнем сером море.

— Откуда это все взялось? — оторопел Хок.