Злые чары Синей Луны

Поскольку Собор — Опрокинутый, ты можешь упасть на землю с высоты в несколько сотен футов. У меня c собой моток веревки. Один конец мы обвяжем вокруг твоих лодыжек и опустим тебя головой вперед в облака. Крикнешь нам, когда ты разглядишь, что там, за тучами.

Хок медленно покачал головой:

— Никогда не любил высоты.

— Думай о высотах, как о глубинах, — посоветовала Фишер.

— Толку от тебя, Изабель…

— Ты будешь в полной безопасности, ведь на другом конце веревки останемся все мы, — сказал Ламент с легкой уверенностью.

Если увидишь что-нибудь мало-мальски тревожное, просто крикни, и мы тебя вытянем обратно.

— Если это так безопасно, что же вы сами туда не лезете? — огрызнулся Хок.

— Потому что ты герой. Сядь, и я свяжу тебе лодыжки.

Хок проворчал что-то (остальные сделали вид, что не расслышали), затем неохотно уселся на пол рядом с провалом. Узлы Ламент вязал мучительно туго, но утешительно профессионально. Хок дождался, пока все, по его мнению, не ухватились за веревку как следует, затем перекинул ноги через край люка.

Он знал, что внизу — море пустоты. Просто знал — и все тут. В Хейвене имелась группа спортсменов-экстремалов, которые забирались на верхушки высоких зданий, привязывали себя к чему-нибудь надежному, а потом спрыгивали вниз, просто ради острых ощущений. Хок всегда считал их законченными психами.

Он набрал в грудь побольше воздуха и оттолкнулся от края. Голова и ноги быстро поменялись местами, и вскоре он уже падал сквозь облака, вытянув вперед руки. Его мотало взад-вперед встречным потоком воздуха.

Облака оказались бодряще влажными и холодными, они бурлили и волновались вокруг до тех пор, пока он не утратил чувство направления, сохранив только сосущее ощущение падения под ложечкой.

А потом он вдруг оказался по ту сторону. Яркий свет молнией ударил по глазам. Хок закричал, когда обнаружил, что стремительно падает головой вперед в огромное сооружение, которое уходило вниз до бесконечности. Взгляд выхватывал участки огромных мраморных стен, проносящихся мимо со всех сторон.

Из-за скорости падения все детали сливались в сплошное марево. От головокружения перехватило дыхание, а Руперт все падал и падал, погружаясь в нечто превосходящее размерами границы восприятия.

И тут он рывком остановился. Веревка, обвязанная вокруг его лодыжек, резко натянулась. Шея больно хрустнула, глаза чуть не выскочили из орбит. Хок замахал руками, но ухватиться было не за что. Он медленно поворачивался, ловя ртом воздух.