Злые чары Синей Луны

Мы потерпим.

— Любое заклятие, достаточно сильное, чтоб поставить вас на ноги сразу, высосет ваши жизненные силы и опустит их до опасного уровня, — сурово произнес Лемарк. — Это может приблизить вас к смерти гораздо быстрее, чем ваши нынешние раны. И, кстати, это дьявольски больно. Я настоятельно рекомендую…

— Давайте, — отрезал Хок.

Лемарк посмотрел на Вивиана:

— Неужели их нельзя заставить проявить благоразумие?

— Скорее всего, нет, — ответил сэр Вивиан. — За работу, доктор.

Лемарк недовольно покачал головой и, порывшись в своей сумке, извлек тонкую изящную палочку из материала, похожего на слоновую кость, обвитую двумя зелеными змеями.

Лемарк кивнул сэру Вивиану, а тот махнул дюжине гвардейцев, чтобы те подошли и держали раненых. Затем целитель склонился над пациентами, бормоча вполголоса. У Хока хватило времени разглядеть двух змеек, обвившихся вокруг палочки и восхититься реалистичностью резьбы, когда Лемарк замолчал и выбросил палочку вперед. Змеиные головки метнулись к лицам больных и вонзили зубы в щеки Хоку и Фишер.

Оба закричали, когда безжалостные потоки жестких энергий хлынули в их тела через змеиные клыки. Их трясло и подбрасывало, пока змейки делали свою необходимую, но болезненную работу, а гвардейцы изо всех сил сжимали раненых."

"Сломанные кости вставали на место с мучительной точностью, расщепленные края смыкались, а порванные мышцы формировались вокруг них заново. Отбитые и поврежденные органы отрастали снова, а левое легкое у Хока наполнялось воздухом. Кровь неслась по венам, сердца быстро и больно колотились в грудных клетках.

Процесс исцеления оказался куда более болезненным, нежели только что перенесенные побои. Минуло несколько невыносимых мгновений. А потом все кончилось. Змеи разжали зубы, зеленые головки убрались обратно на палочку, гвардейцы отпустили руки и отошли.

Хок и Фишер дрожали, их ладони непроизвольно сжимались и подпрыгивали на коленях. Лица были мокрыми от холодного нота, а зрение сделалось острым почти до боли.

Хок тяжело сглотнул и попытался замедлить дыхание.

Чувствовал он себя так, будто только что пробежал несколько марафонов спиной вперед, да все в гору. Бесконечная усталость пригвоздила их к месту, но глубоко внутри они вновь ощущали себя целыми и невредимыми, словно промытыми ледяными вешними водами.

Супруги переглянулись и неуверенно улыбнулись друг другу. Лица их снова приняли обычный вид: никаких тебе лиловых ртов и распухших глаз, а струйки нота почти смыли кровь.