Злые чары Синей Луны

— Ой, не делай ему больно Аллен! — мгновенно вступилась Тиффани. — Я уверена, он не хотел грубить. У него явно разбалансирована аура. Налицо разбухание селезенки.

— Если к моменту окончания нашей беседы он еще будет здесь, я вырежу ему селезенку, чтобы мы все могли как следует рассмотреть ее, — твердо заявил Чанс.

Он нарочито медленно огляделся вокруг, как раз вовремя, чтобы заметить надменно удаляющегося Мальволио, который вздернул подбородок так высоко, что у него свело шею.

Тиффани укоризненно посмотрела на Чанса:

— Ты огорчил его.

— Очень на это надеюсь, — ответил Чанс. — Некоторых людей из принципа стоит огорчать время от времени. Им это полезно для души. А ты не рассказывала, что он ухаживал за тобой.

— Мы просто дружили, — простодушно ответила Тиффани. — У меня много друзей.

Чанс решил сменить тему, пока беседа не приняла нежелательный для него оборот. Он сунул руку за пазуху.

— Я привез тебе подарок, Тифф. Из самого Хейвена. Это могущественный город-государство на юге.

— Ой, как это мило с твоей стороны, Аллен! Обожаю подарки.

Чанс улыбнулся и извлек плоскую красную коробочку, перевязанную розовой ленточкой. Тиффани выхватила ее у него из рук, повозилась с ленточкой, затем сорвала ее, бросила на пол и хищно вскрыла коробочку. Бесцеремонно отправив ее на пол вслед за ленточкой, она воззрилась на сияющий голубой кристалл в изящной серебряной оправе. Тиффани поиграла с ним, поворачивая его так и сяк, чтобы поймать отблеск при разном освещении, затем наклонилась и благодарно клюнула Чанса в щеку.

— Ой, Аллен, какая красота! Как умно с твоей стороны, У этого камня на редкость позитивные вибрации.

А затем она отодрала ноготками замысловатую серебряную оправу и уронила на пол, чтобы поднести к глазам ничем не украшенный кристалл и уставиться в его глубины. Чанс посмотрел на помятую серебряную оправу, валявшуюся на полу, затем нагнулся и подобрал ее.

— Мы направляемся в тронный зал, Тиффани.

— Как хочешь, Аллен. — Красавица поболтала пальчиками в прощальном жесте, коротко кивнула Хоку и Фишер, но вдруг замерла и задумчиво на них уставилась. Хок ощутил неприятное покалывание на загривке. Ведуньи обладают особым зрением, и, по слухам, умеют видеть будущее… и кое-что еще. Часто им известны вещи, которых им знать вовсе не полагается. Тиффани переводила взгляд с Хока на Фишер и обратно.