Журавль в небе

 — Сад-то действительно надо до ума довести. Конечно, работа тяжелая, я понимаю. Тысяч пять в месяц тебя устроит? Безусловно, на всем готовом. Дом убирает одна местная женщина, я договорюсь, она и готовить будет, поможет, если что. А если еще и Натку работать заставишь — я тебе пару тысяч прибавлю.

Оксанка краснела, бледнела, смотрела отчаянными глазами и молчала.

— А мне сколько платить будешь? — Из-за маминой спины высунулась веселая Наташкина рожица. Подслушивала, кошка хитрая.

— Если будешь работать, как Оксанка, то и получать будешь столько же, — строго сказала Тамара, стараясь не засмеяться: Наташка и не работая иногда получала от нее столько же.

 — Но ты же ничего не умеешь.

— А научусь! — самонадеянно заявила Наташка. — Делов-то… Научишь, Ксюха?

Оксанка тут же перестала краснеть и бледнеть, успокоилась, даже заважничала слегка, серьезно задумалась над предложением, надолго задуматься все-таки не сумела, согласно кивнула и тут же озаботилась: а мама что скажет?

— А ты и ее сюда вези, — посоветовала Тамара.

 — Она сможет отпуск взять? Ну, вот и хорошо. Хоть отдохнет на природе, пока ты поработаешь."

"— Ух ты… — Оксанка опять начала было краснеть и бледнеть, но быстро пришла в себя, сказала с достоинством: — Спасибо, теть Тамар. Я ей передам. Она уже давно в отпуске не была, последний раз брала, когда папа болеть начал. А потом не брала.

На пути к дому все были немножко уставшие от активного отдыха, сонные и молчаливые. Только Оксанка все рассказывала Тамаре, что надо сделать в саду, и как она это будет делать, и каким сад в результате станет.

Замшу сиденья она больше не гладила. Тамара радовалась и очень гордилась собой. И с этим она справилась. Ну, почти справилась. Зачем эту Оксанку понесло на какой-то юридический? Ну и правильно, что не прошла. Ей садоводом нужно быть. Станет профессором, как сын бабки Марьи. Ладно, попозже мы и этот вопрос как следует обдумаем. Надо помочь, тем более что девочка-то своя.

Ох, как же хорошо ей сейчас было! Наверное, потому, что на эти дни она собрала вокруг себя всех своих, и своих оказалось много, это было похоже на ее давнюю детскую мечту: большая семья в большом доме.

И это в общем-то не важно, что ни Оксанка, ни тем более ее мама, ни Сережа, ни тем более его жена и сын, не догадываются, что она без спросу зачислила их в свою семью. А Ленка и так всю жизнь член семьи, хотя, может, и не знает об этом. Да пусть они и не знают! Все равно она уже считает их своими, и никуда они от нее не денутся.