Жестокий роман. После (СИ)

Ушибы и гематомы. Ваша правая рука… — он начинает долго и нудно перечислять травмы, о которых я и так отлично знаю.

— Я упал.

— Настолько неудачно?

— Ну да, не повезло.

— В отчете написано, что вы “поскользнулись”.

— В точку.

— И все? Добавить нечего?

Молчу. Смысл впустую болтать? Первый день в тюрьме. Или ты, или тебя. А стукачей никто не любит.

Я понял, что будет. Еще по пути в камеру. С меня так и не сняли железные браслеты. Сковали руки за спиной. Охранники провели в блок для “одиночек”. Там идеальная звукоизоляция.

Дверь открылась. Внутри оказалось пять бугаев.

— Чего скалишься? — хмыкнул один из них, разминая кулаки. — Не понял, для чего тебя с нами заперли?

— Не понял, — заржал другой. — Первый срок?

— Ха, так он считай, что целка, — подмигнул третий.

— Ну ничего, приятель, мы тебе быстро суть поясним. Конечно, ты можешь повыделываться, но проще, если сразу встанешь на колени.

— Будь хорошей девочкой. Открой рот.

На самом деле, мне повезло. Так быстро подвернулась возможность выпустить ярость на волю.

Мои сокамерники реально не догоняли, что это их заперли со мной. Когда суть дошла, стало слишком поздно. Никакие цепи не угомонят мою злобу. Не задержат зверя в клетке. Гнев вырвался наружу.

В тот вечер я оторвался по полной. Убил двоих. Охранники оттащили меня от остальных только после дозы транквилизатора.

Убойное веселье. Я бы повторил.

Травмы просто херня. Сломанные кости становятся крепче, когда срастаются. Боль ни черта не значит.

— Вы уверены, что больше ничего не хотите мне рассказать? — спросил Хаген, не сводя с меня взгляда.

— Да.

— Теперь я начинаю понимать.

Тогда мне было наплевать, что он там начинает понимать. Я принял его за левого типа. Ебучий правозащитник или кто-то типа.

Мы встретились снова только через три года.

И я узнал этого гада, хоть и видел его один раз. Такие мудацкие глаза хрен с кем перепутаешь. Точно у живого трупа.

— Я впечатлен вашими достижениями, — заявил Хаген. — И готов предложить вам выгодную сделку.

* * *Щелчок. Резкий. Металлический.

Я слишком сильно отвлекся. Опять. Я пропустил момент, когда моя Царица достала из своей сумки пистолет.

— Марат, отойди, — твердо говорит она и направляет оружие на меня.

8

Нет. Нереально. Она не выстрелит.

Это первая мысль. А потом я понимаю, что совсем не уверен. В ее глазах столько решимости. Дикий огонь. Ей ничего не стоит разрядить всю обойму.

— Отойди, — повторяет Вика.