Жестокий роман. После (СИ)

Впрочем, он и сам был чокнутым, раз проводил эксперименты, методично оценивая болевой порог родного сына.

Старый король нанял специалиста по гипнозу. Тот постарался загнать обезумевшую часть Хагена в клетку, но надолго это не помогло. Череда мертвых девушек только подтверждает то, что маньяки не останавливаются сами, никакое лечение им не помогает.

Дипломат. Так звали того, кто дольше всех остальных врачей проработал с Хагеном. В итоге ему оказалось безопаснее скрыться в американской тюрьме, где он позже узнал Марата.

Хаген и сам увлекался психотерапией, практиковал гипноз. Возвращаясь к событиях прошлого, я практически не сомневалсь, что именно он воздействовал на агента ФБР Андерсона, когда дал ему задание напасть на меня.

Хаген направил убийцу за Дипломатом, когда тот стал для него бесполезен. Уверена, он пытался воздействовать и на мой разум.

Ублюдок точно мысли читает.

— Что с тобой не так, Вика? — спрашивает он, буквально пронизывает насквозь ледяным взглядом. — Я могу понять, почему гипноз не действует на Марата.

— Можно мне воды? — киваю на графин, который стоит на прикроватной тумбе.

— Пей, — отвечает Хаген и склоняет голову к плечу, продолжая внимательно меня изучать. — Только даже не думай разбить его и напасть. Последствия тебе не понравятся. Обещаю.

Вот черт.

Я наливаю воду в стакан.

Интересно, он реально знает, что в такой ситуации делать? Прежняя схема точно не сработает. Мы явно находимся не в королевском дворце. Тогда где? Без понятия.

— Я не понимаю, почему не могу повлиять на тебя, — продолжает Хаген.

Молча смотрю на него. Наливаю еще один стакан. Сжимаю стеклянную поверхность настолько сильно, что раздается скрип."

"— Ты самая обычная женщина. Судя по собранному анамнезу твоя психика гибкая и пластичная.

— Я не знаю.

Он кривится, когда слышит ответ. Ему мой ответ и не требуется. Хаген уверен, я ничего не соображаю в тонкостях психологии. Не могу с этим поспорить. Так и есть.

Но внутри на пару секунд разливается мстительное удовольствие. Хоть что-то этот больной урод никак не способен контролировать. Мой разум.