Железное пламя

– Уж прости за неудобства, но в этом году роль Вайолет Сорренгейл… – он показал на меня, – исполняет Ксейден Риорсон… – он постучал себе по груди, – который затащит ее – силой и с воплями, если потребуется – в настоящие отношения с настоящими разговорами, потому что отказывается снова ее терять. Если мне придется расти над собой, то придется и тебе.

Он сложил руки на груди.

– А он закончил говорить о себе в третьем лице? – Я поковыряла металлическую полоску на сфере. – В одном Кэт была права. Она лучше тебе подходит.

Проклятье, да они считай что один человек.

Глаза Ксейдена полыхнули, потом он прищурился.

– Погоди. Ты с чего-то взяла, что это я считаю тебя хуже ее?

Я пожала плечами не то чтобы небрежно.

Он покачнулся так, словно хотел подойти, потом остановился и твердо уперся руками в стол.

– Вайолет, ты только что побывала в моих мыслях. Ты знаешь, что я считаю тебя идеальной, хоть ты и доводишь меня до белого каления.

– Еще бы. Но это было до того, как я узнала, что ты возглавляешь революцию. И до того, как ты предупредил, что хранишь секреты. И еще намного раньше того, как появилась красивая аристократка, с которой вы были помолвлены, но о которой ты почему-то никогда не упоминал, с ее большими карими глазами и охрененно острыми коготками. Причем появилась полуголой на пороге нашей спальни…

– Что-что она сделала? – Он вскинул брови.

– …а потом имела наглость мне сказать, что я не особенная только потому, что мы с тобой трахаемся.

– Но мне нравится с тобой трахаться. – Его губы медленно скривились в улыбке. – Вообще-то я это даже обожаю.

– Не вставай на ее сторону! – Я вцепилась в трон. – Ну, блин!

Крик эхом отразился от балок, и я спрятала лицо в ладонях.

– Почему я из-за нее превращаюсь в размазню? И как это прекратить?

Я все-таки убью ее еще до солнцестояния. Я услышала шаги, потом почувствовала, как теплые руки сжимают мои запястья.

– Посмотри на меня.

Я медленно опустила ладони и открыла глаза. Он был там же, где мы и начали этот разговор, – на коленях передо мной.

– Я не хочу опять об этом говорить, – начал он своим командирским голосом, потом замолчал на мгновение. – Но буду. Ты узнаешь жестокую истину, потому что я слишком непонятно объяснял в Кордине.

Я расправила плечи.

– Сегодня ты буйствовала потому, что ты злая.