Железное пламя

Мы оторвались от толпы курсантов, выходящих во двор, и Ксейден целеустремленно направился к ротонде, распахнул дверь и пропустил меня вперед. А я увернулась от руки, которую он попытался положить мне на задницу.

Это Зинхал, должно быть, улыбался нам, потому что зал был благословенно пуст – ровно секунду, которая понадобилась Ксейдену, чтобы затащить меня за первую же колонну. Красный дракон скрыл нас от всех, кто мог пройти по ротонде, соединяющей все крылья квадранта.

Конечно, через мгновение сводчатый зал наполнился голосами и шумом шагов, но за массивной колонной нас никто не увидит, и именно поэтому мы выбрали это место для встречи.

Я отметила, что за другими колоннами, по бокам от нас, пусто. Либо все остальные находились на другой стороне ротонды, либо мы пришли первыми.

– Между прочим, я не лгу тем, кто мне дорог. – Ксейден понизил голос, встретившись со мной взглядом, и я отстранилась, прижавшись спиной к мраморной колонне. Он наклонился ко мне совсем близко, так, что я видела только его лицо.

 – И, проклятье, я никогда не лгал тебе. Но искусство говорить выборочную правду – это то, чем тебе придется овладеть, иначе мы все погибнем. Я знаю, что ты доверяешь Рианнон и Ридоку, но ты не можешь сказать им всю правду, как ради них самих, так и ради нас. Знание подвергнет их опасности. Ты должна уметь хранить правду в тайне. Если ты не можешь лгать своим друзьям, держи дистанцию. Понимаешь?

Я напряглась. Конечно, я это понимала, но то, что он сказал это так открыто, пронзило, словно удар ножом в живот, возвращая меня к прошлому, к нашим проблемам.

– Я понимаю.

– Я никогда не хотел, чтобы ты попала в такое положение. Ни с твоими друзьями, ни тем более с полковником Аэтосом. Это была одна из многих причин, почему я никогда не говорил тебе.

– Как давно ты знаешь о Бреннане? – Возможно, сейчас не самое подходящее время для вопроса, но вдруг это единственное время, которое у нас осталось?

Ксейден медленно выдохнул:

– Я знал о Бреннане с момента его смерти.

Мои губы приоткрылись, и что-то трепыхнулось в самом сердце, уменьшив тяжесть, которая поселилась там со времен Рессона.

– Что?

– Ты не уклонился от ответа. – Должна признать, я была слегка удивлена.

– Я обещал тебе ответы. – Он покачал головой. – Но я не могу обещать, что тебе понравится все, что ты услышишь.

– Я всегда предпочту правду.

Интересно, что это «все»?

– Это ты сейчас так говоришь. – Язвительная улыбка искривила его губы.

– И всегда буду говорить.