Железное пламя

К сожалению для тебя, мой навык схож с навыком лейтенанта Норы и связан с функциями вашего тела. Говоря простым языком, я буду знать, когда ты лжешь. А ты лжешь.

Женщина резко выбросила руку и ударила меня по щеке тыльной стороной ладони с такой силой, что моя голова дернулась в сторону. В голове взорвалась боль, я быстро поморгала и провела языком по зубам. Крови нет.

«Серебристая!»

«Не сейчас!»

Я заземлила связь, чтобы избавить Тэйрна от переживаний.

– Вайолет! – вскрикнул Ридок, пытаясь вырваться из оков.

– Все нормально, – сказала я им, всем им. Я проделала то же, что и всегда – разделила боль и преодолела ее, выдавив из себя улыбку. – Видите? Я в порядке.

Рианнон быстро справилась со своей тревогой, но Сойер даже не попытался скрыть отвращения к нашим тюремщикам.

– Ты – самое слабое звено. Поэтому мы начали с тебя, – пояснила женщина, и ее тихий голос просто сочился презрением. – Мы прочли досье каждого из вас. – Она присела на корточки рядом со стулом и оглядела меня с головы до ног.

– Как такая слабачка, как ты, смогла пережить первый год обучения?

– Вы трое буквально тащили ее, не так ли? – спросил мужчина, глядя на моих товарищей. – Как несправедливо возлагать подобное бремя на первогодков.

– Не говорите им ничего, что можно использовать против вас, – приказала Рианнон.

Женщина рассмеялась:

– Можно подумать, мы чего-то не знаем. – Она медленно поднялась.

– Да пошла ты.

Я приготовилась к неизбежному, и действительно, ее рука снова пошла на сближение с моим лицом. На этот раз я почувствовала кровь, но зубы вроде остались на месте. Я выстроила вокруг пылающего очага ментальную стену и представила, что накрыла боль куполом, прямо как себя щитами.

– Неплохой рот для генеральской дочери, – фыркнула женщина.

– А от кого, ты думаешь, я его унаследовала?

На долю секунды маска спала, и женщина искренне улыбнулась:

– А как насчет этого? Если кто-нибудь раскроет свой секрет, я не разобью эту прелестную мордашку.

– Понадобится нечто большее, чтобы сломать нас, – сухо заметила Рианнон.

– С языка сняла. Не смотрите, – велела я товарищам и приготовилась.

На этот раз женщина ударила меня по другой стороне лица, немного выше, и моя скула взорвалась от боли. По крайней мере, так я это ощутила. Волна боли вызвала у меня тошноту, затем превратилась в тупую пульсацию.