Сердце дракона. Том 10

Глава 904

Единственный способ, который мог бы привести отряд к успеху, был сопряжен с необходимостью пожертвовать одним членом отряда. Ибо, как не крути ситуацию, а только девятеро из десяти могли бы сбежать на корабле."

"Десятый же должен был стать отвлекающим маневром. При этом оказаться достаточно сильным, чтобы в течении почти минуты сдерживать натиск десяти тысяч солдат Ласкана.

И, в результате, у него не осталось бы иного выбора, кроме как героически погибнуть, потому как не было бы ни единого шанса, чтобы этот воин смог взобраться на борт угнанного корабля.

Хаджар, подвязав волосы все тем же кожанным ремешком, спокойно шел к лагерю противника. Десять тысяч воинов грузили на корабли ящики, были слышны крики командиров:

– Осторожнее, не приданное тащишь, косолапая мартышка!

– Только урони мне это, выкидыш портовой гулены, сам будешь потом в темноте камни собирать!

Как и во всех Семи Империях, в Ласкане практически отсутствовали гендерные барьеры. В армии на равных служили как женщины, так и мужчины.

А за проступок, латная перчатка командира могла врезаться как в мужское рыло, так и по женскому носу.

– Эй, ты из какого батальона? – перед Хаджаром как раз оказались представительницы женской части армии.

Две девушки, несущие дозор на своеобразных “южных” воротах в лагерь. Ласканцы соорудили его таким образом, что пройти внутрь не наделав лишнего шуму, можно было только через равные промежутки между шатрами и заградительными сооружениями в виде деревянных ежей, волшебных ловушек и сигнальных артефактов.

Делали по уму и согласно фортификационной науке.

– И почему нет знаков различия? – спросила вторая дозорная.

Русоволосые, как и большинство Ласканцев, молодые и юные. Та, что обратилась к Хаджару первой, судя по ауре, еще даже не знала мужской ласки. Сложно представить себе подобное, учитывая, что на десять тысяч воинов лишь двадцатая часть было женского пола, но…

Хаджар даже помыслить не мог, чтобы в армии произошел какой-то инцидент на сексуальной почве.

Хаджар посмотрел ей в глаза. Теплые, но цепкие и зоркие. Из неё, возможно, получился бы хороший, исполнительный солдат. А потом, после увольнения, наемница или, если с ранением, то мать.

Восемнадцать, может двадцать лет. Небесный Солдат.