Загадка верфей

Джейн и Мэтью, очевидно, счастливы без меня. Это было видно по глазам, по жестам, по коротким фразам. Не то, чтобы я хотел, чтобы это было не так, но, тем не менее, увиденная сцена стала ударом под дых. Мне показалось, что от моей души оторвали ещё один маленький кусочек, хотя отрывать уже больше было нечего. Пожив сама в приютском доме, Дженни каким-то образом смогла подобрать ключик к сердцу Мэтью, что он перестал «выкать», дистанцироваться, говорить «леди» и «господин» и нагло дерзить. Видимо, я всё же делал что-то не так.

Вернул меня обратно в реальность злой мужской окрик, подвывание женщины и детский испуганный плач. Маленькая белокурая девочка лет трёх замерла прямо посередине дороги, зажмурившись от страха. Тяжело гружёная повозка, запряжённая двумя взмыленными лошадьми, разогналась до немыслимой скорости и неслась прямо на малышку. Нетрезвый возничий с красными щеками и шальными глазами бил хлыстом по крупам животных, прикрикивая «Но! Пошли! Пошли, что плетётесь, словно сельские клячи!» Прохожие поспешно прижимались к стенам зданий, убираясь с пути безумного возницы, кто-то даже плюнул на свою внешность и забрался в сточную канаву, а встречные повозки и автомёбиусы заранее заворачивали в ближайшие подворотни и переулки.

Не думая ни секунды, я бросился к парализованной от страха девочке. Мгновения растянулись в вечность. Впервые за последние месяцы я отчаянно желал, чтобы у меня была хоть капля магии.

Крики, орущая мамаша на той стороне улицы, волнующаяся толпа, пронзительные сигналы автомёбиусов, оглушительные удары собственного сердца… Вонь из канализации, запах яблочного пирога из соседней таверны и сосновой мебели из мастерской напротив… Всё смешалось и закрутилось. Удар сердца в ожидании колоссальной боли от копыт животных и…

— Что застрял посреди дороги? Вали отсюда! Давай-давай! — закричал краснощёкий мужик, таки заметив фигуру человека на своём пути.

Каким-то чудом он смог остановить только что нёсшуюся телегу. Возница натянул поводья взмыленных лошадей с такой силой, что порвал им губы. Сейчас бедные животные на дрожащих ногах ржали от страха и непонимания, почему вначале их гнали со всех ног, а теперь приказали резко затормозить.