Загадка верфей

С трудом нащупал невысокий край парапета и поднял руку, пытаясь встать. Очередной удар взбешённого блондина вновь повалил меня на четвереньки.

—Ха! Ну и где же твоя знаменитая магия, Ксавье? А столько слухов про тебя ходило, столько слухов! Будто ты при желании можешь залезть в чужую голову, вложить иные мысли или выжечь вокруг себя пламенное кольцо! Видимо, это тоже преувеличили…

На словах «вложить иные мысли» голос Эльфа еле заметно, но дал петуха. Я посмотрел в его лицо, и внезапно до меня дошло: он специально начал с резкого нападения, боясь, что я применю магию, и у него даже не будет шанса выместить на мне всю злость.

Мимика блондина настолько ярко показывала, что он находится на грани отчаяния, а ревность застелила глаза, что я внезапно расхохотался.

— Что ты смеёшься, Ксавье?! Вставай и уже начинай защищаться! Я знаю, что вы, маги, любите ударить исподтишка…

В ответ на это заявление я даже не предпринял попытки встать. Так и остался сидеть на холодном камне, прислонившись затылком к парапету.

Во-первых, у меня слишком сильно кружилась голова, а во-вторых, интуитивно почувствовал, что только так, пребывая зрительно ниже Эльфа, он меня всё-таки выслушает. Ту ярость, в которой пребывал блондин, можно было объяснить лишь одним: безответной влюблённостью в королеву воров.

— Нет у меня никакой магии, — произнёс, тяжело выдыхая и морщась от боли. — Был бы ты магом, то увидел, что у меня резерв давно высох. А Грейс, между прочим, отказалась выходить за меня замуж!

Последние слова я буквально выкрикнул, наблюдая, как Эльф засучивает рукава.

— Но она носит твоё кольцо! — воскликнул блондин и прищурился с неприкрытым подозрением. — Ты снова пытаешься меня обмануть!

— Вовсе нет. — Отрицательно качнул головой, вздохнул и… принялся вдохновенно лгать. — Сам посуди, Грейс очень красивая девушка…

— Знаю, — перебили меня низким рыком рассерженного медведя.

— Она предложила мне эту сделку, — продолжил как ни в чём не бывало, — чтобы все считали, будто у неё есть мужчина, претендующий на её руку и сердце.

Ей просто хотелось, чтобы её перестали домогаться свои же…"

"Взгляд мужчины резко изменился, морщина на переносице и складки у рта пропали, пшеничные брови поползли наверх. Негодование постепенно стало исчезать, а на смену ему пришло колоссальное удивление.

— Домогаться? Свои же? Что за мочу скунсов ты несёшь?!

— Разумеется, — я кивнул. — Посмотри, сейчас рядом с ней из преданных телохранителей всего лишь Гром и Плешь.