Забудь о разводе!

– Нет… нет, Матвей, я не могу… не сейчас, – задыхаюсь я в преддверии панической атаки, стискиваю кулаки до боли, чувствуя, как меня до краев переполняет брезгливость, и как сильно он возбужден."

"– Да перестань… все ты можешь, – шепчет заговорщически, уже лаская шею и двигая меня по направлению к кровати. – Я быстро.

Хм…

В его скорострельности я нисколько не сомневаюсь, тем не менее это выше моих сил.

Никакое возмездие не стоит того ада, на который я обреку себя, если позволю ему воспользоваться мной и моим телом после всего того, что он натворил.

Я не стану падать так низко!

– Девочка моя, ты такая сладкая, м-м-м… и вся моя… только моя.

Матвею практически удается оттеснить меня к кровати. Еще один малюсенький шаг – и он завалит меня на матрас, и тогда я уже не смогу в полной мере сопротивляться. Мне придется выдать себя. Иначе никак.

А-а-а! Как же бесит! И зачем я только вписалась под этим!

В последнюю секунду я применяю всю свою силу и с глухим рыком буквально отталкиваю его от себя.

– Нет! Я же сказала, что не хочу! Не хо-чу! Что непонятного? – повышаю голос до срывающегося крика, с резкостью задергивая полы халата. – Лучше не трать время, а поезжай к отцу!

Матвей стоит столбом, дышит стесненно, а вид такой, словно его оплевали.

– Кать, что не так? – спрашивает он возмущенным тоном.

Ну, разумеется. Раньше я такого себе не позволяла. Всегда была покорной. Готовой к любым экспериментам. В любое время дня и ночи. И голова у меня никогда не болела.

Да вот только время то прошло! Сейчас у меня не только голова раскалывается. У меня душа болит! Изнывает!

Сцепив зубы, я отвожу от него глаза, лишь бы он не увидел в них налитую кровь, плещущуюся непримиримость.

– А сам не понимаешь? Тебе напомнить, что на меня напали два дня назад? У меня все болит: голова, тело! Мне сейчас не до секса, разве не ясно? – разрываюсь я в гневной тираде.

До Матвея наконец доходит. Ему становится паршиво от самого себя.

– Черт, я совсем не подумал, – виновато произносит, подхватывает мою ладонь и целует сложенный кулак. – Прости, Кать. Ты же простишь меня?

Размечтался!

Однако имеется только один выход, если я хочу, чтобы он свалил прямо сейчас.

– Ну конечно. Я не в обиде, все хорошо, – вымучиваю снисходительную улыбку и стучу указательным пальцем по виску. – Просто хоть иногда включай голову.

– Всегда, впредь всегда я буду включать, – говорит с ответной улыбкой.