Взаперти

Эти ваши часики далеко не подделка, ведь так? И стоят они порядка двух миллионов, если не больше. Но смею вас разочаровать, даже там, куда вы направляетесь, загнать их по той же цене будет непросто. Они выпускались в ограниченном количестве, поэтому вычислить, кто именно является их владельцем, достаточно легко. Так что, если вы и продадите эти часы, так только по цене драгметалла, ну, и бриллианты, конечно же.

– Я смотрю, вы тот ещё доктор.

– Почему же, я врач. Раньше я спасал людей.

– А теперь?

– А теперь я спасаю себя, так же, как вы, Берроу.

– Значит, о себе вы ничего не расскажете?

– Но и вы о себе ничего не сказали, это я за вас всё сказал.

А ведь он был прав. Полянский говорил так уверенно, что я и не думал юлить.

– Не переживайте, – ухмыльнулся он, – в поезде, где орудует убийца, вор – не худший человек.

Полянский ещё раз осмотрел труп.

– Можете определить, какой калибр? – спросил он меня.

– Я? С чего это вы решили, что я могу?

– Ну мало ли, что вы умеете.

– Думаю, не больше, чем вы.

– Ладно, не кипятитесь, Берроу, обстановочка не из приятных. Я напуган не меньше вас. А здесь, похоже, стреляли из кольта.

Он приоткрыл жилет пассажира, оголив голубую рубашку, окровавленную до брюк.

– Значит, у убийцы и нож, и пистолет?

– Полный арсенал…

Нас было семеро. До настоящего момента.

Потому что, когда мы все, наконец, собрались, не хватило уже одного.

– Ну и кого среди нас нет? – спросил Полянский.

– Вы хотите сказать, тот и убийца? – спросил кто-то из пассажиров.

– Я хочу сказать, что теперь нам стоит держаться вместе.

– Господина из второго купе, – сказала Хосефа.

Всё это время, пока остальные метались по коридору, пытаясь выломать двери, вспомнить молитвы и сорвать неработающий стоп-кран, Хосефа стояла возле окна, всматриваясь в густую метель. По виду ей было уже получше. Когда страх пожирает всех, а не только тебя одного, безысходность постепенно уходит. Мне казалось, она была даже рада тому, что теперь ни я, ни Полянский не считали её слова ложью.

– Вы его знали? Пассажира из второго купе? – спросил я Хосефу.

– Нет. Он только помог мне подняться. Здесь жутко неудобные ступени, – сказала она, чуть подёргивая правым плечом.

– Как он выглядел? – спросил Полянский.

– Невысокий, в коричневой шляпе…

– Он прикрывал ей лысину.