Выживший на адском острове

Бюркель ждет нас прямо сейчас, не терпится ему взглянуть на твой подарок, а начальника штаба он уже предупредил.

– На пьянку в охотничьем домике пригласил?

– Кого? Меня?

– Зутера.

– Не знаю, вполне возможно, хотя его командир полка вряд ли отпустит. Ты же знаешь, что Кауц в выходные предпочитает конные прогулки на ферме Биклер. Полк без командира оставаться не может. А вместо Кауца может быть только Зутер либо оперативный офицер.

– Мне все это прекрасно известно, Руди.

– Тогда зачем спрашиваешь? Ладно, не будем терять время.

Они вышли из штаба, сели в служебный автомобиль Биккеля и выехали с территории полка. На Зендерплац они были уже через пятнадцать минут.

Автомобиль без задержки пропустили во внутренний двор Управления тайной полиции в Ольденхорсте. Дежурный обершарфюрер проводил их в кабинет начальника.

Навстречу вышел сам Бюркель. Его вид тоже был далек от идеального. Сказывалась бессонная ночь.

– Проходите, господа, устраивайтесь.

Обер-лейтенант кивнул на Карла:

– Разрешите представить, герр штурмбаннфюрер: заместитель начальника штаба полка, он же оперативный офицер – майор Биккель.

Бюркель, подражая Гиммлеру, носил такие же очки, хотя со зрением у него было все в порядке.

– Наслышан о вас, майор.

– Вот как? – изобразил удивление Карл.

– Не беспокойтесь, я имел в виду не интерес гестапо к вашей персоне, а рассказы Кестера."

"– Мне не о чем беспокоиться, герр штурмбаннфюрер, я честно исполняю свой воинский долг.

– Похвально. Кестер сказал, вы желаете сделать мне подарок?

Скромностью гестаповец явно не отличался.

– Да. Одну минуту.

Биккель открыл портфель, который, как ни странно, не отобрали на входе – видимо, охрана имела на то соответствующее распоряжение, – и выложил на стол заветную коробку.

Бюркель не ожидал ничего подобного. Он искренне обрадовался:

– О боже, какая красота! Это же дамасский клинок XIX века. Где вы его взяли, майор?

– Купил.

– Но где? В антикварных лавках таких нет, уж я-то знаю. – Впрочем, точного ответа он и не ждал. Взяв в руки старинный нож, Бюркель принялся его разглядывать.

Он долго любовался клинком и ножнами, затем положил их в коробку и убрал в сейф.

Прошел по кабинету, присел за рабочий стол и пристально посмотрел на Биккеля:

– А с чего это вдруг вы, офицер люфтваффе, решили сделать мне такой дорогой подарок?

Эсэсовец оставался эсэсовцем.

Майор остался спокойным:

– Согласен, такие дорогие подарки просто так не дарят.