Преследуя Аделин

Просто они не смогут догадаться, кто именно из их врагов, пока я не поднесу нож к их глоткам.

– Отпусти меня на хрен, ты, гребаный урод. Думаешь, со мной можно шутить? Ты хоть знаешь, кто я такой и кто моя семья?

Его рот будет запечатан скобами через две секунды, если он продолжит в том же духе, это точно. Я сообщаю ему об этом, и в ответ он разражается гиеноподобным смехом.

Я оборачиваюсь и бью этого ублюдка по губам, не переставая следить за дорогой.

За этим следуют цветистые выражения, но они не ярче крови, льющейся вместе с ними.

Красавчик теперь не такой уж и красивый.

И когда мы доберемся, ему будет гораздо хуже. Он касался своими ртом и руками моей девочки, а за такие глупые оплошности всегда приходится расплачиваться.

Он очнулся примерно через пять минут после того, как мы тронулись. С туго перевязанными ранами с помощью двух полос ткани, оторванных от его рубашки. И связанный по руками и ногам – без малейшего шанса выскользнуть.

Я слишком много практиковался в этом.

Он разевает свой рот с момента пробуждения, и это выводит меня из себя.

В убийственную ярость меня приводит упоминание об Адди.

– Ну же, мужик. Ты так переживаешь из-за какой-то задницы? Может, ее голосок и создан для порно, а киска тугая, но, черт, можно же найти и других сучек. Я перетрахал таких уйму.

То, что должно было стать и так довольно медленной смертью, теперь станет самой медленной смертью с момента зарождения человечества.

То, что он говорил о моей девушке в такой отвратительной манере, само по себе плохо, но он намекнул на то, что Адди не особенная.

Она первая и единственная в своем роде, и другой такой никогда не будет.

Я сворачиваю на подъездную дорожку, ведущую к моему складу. Это небольшое строение, где когда-то раньше изготавливали камеры для какой-то дерьмовой компании, вышедшей в тираж менее, чем за пять лет.

Здание заложили, и я приобрел его по дешевке. А затем потратил сотни тысяч долларов на то, чтобы превратить его в неприступную крепость.

Я переоборудовал основной этаж в жилое помещение с самой совершенной системой безопасности. Ни один муравей не сможет пробраться в это здание без моего ведома.

Второй этаж – мое рабочее пространство. Здесь десятки компьютеров и самые нелегальные технологии, позволяющие мне заниматься всем тем, чем я занимаюсь.