Преследуя Аделин

Из его рта летит поток ругательств, но я отключаю связь.

Фернандо изрыгает свою собственную цветистую тираду, пытаясь достать другой пистолет. Я стреляю ему в колено, и разъяренный человек тут же падает. Склад оглашают вопли боли и ярости, и если бы я был не в курсе, то решил бы, что маленькая девочка здесь он.

Нет, девчонки на этом складе гораздо круче, чем он мог бы надеяться когда-нибудь стать. Он просто плаксивая сучка, оказавшаяся в мужском теле.

Выпрямляюсь и подхожу к Фернандо, наслаждаясь тем, как он сжимает колено, а кровь из раны пузырится на полу.

Я игнорирую его взгляд, вместо этого изучая многочисленные кровавые пятна на цементном полу. Мне не хочется, чтобы девочкам пришлось ступать прямо по ним.

– Джей, пусть Руби проложит путь для девочек.

Руби – это одна из членов команды, прибывшая сюда с четким указанием позаботиться о жертвах и переправить их в безопасное место. Она просто рыжая бестия, но когда она оказывается рядом с женщинами или детьми, которых мы спасаем, то превращается в сахарную вату.

– Путь?

– Да, не хочу, чтобы на их ноги попала хоть капля крови.

На складе около пятидесяти девочек, и все они глубоко травмированы и сломлены. И если от меня что-то зависит, то им больше никогда не придется смывать кровь со своих тел.

Одна из девочек встает на ноги, на ее лице появляется свирепое выражение. Ей не больше пятнадцати лет, но похищение педофильской группировкой значительно прибавляет возраст любому.

– Вы и нас собираетесь убить? – громко спрашивает она.

Ее грязные каштановые волосы спутаны вокруг лица. Она грязная – они все грязные.

Их тела в грязи и крови.

Эта выглядит самой старшей из них, и, судя по ее защитной позе, она объявила себя матерью группы.

Все присутствующие здесь девочки были похищены в течение последних шести дней. Шести дней невыразимых пыток и издевательств, которые останутся с ними до конца их жизней.

Мы с Джеем наблюдали за этим местом в течение последних двенадцати часов, устанавливая личности и девочек, и преступников. Каждая пролетевшая секунда казалась нам вечностью, ведь они в этот момент переживали нечто ужасное.