Выбор варианта

Подороже, конечно, чем в городе. Но если нужен гвоздь — взять больше негде. Эти пристройки стояли прямо во дворах владельцев лодок и, разумеется, никаких режимов работы тут не существовало. Нужно было прийти в дом и договариваться о цене с хозяином. Почти все мужчины в поселке рыбачили, так что жили не голодая. Осенью владельцы брад прилично зарабатывали. Они или брали мужчину гребцом, и тогда проезд был бесплатный, или везли за плату в город. Продать излишки с огорода, ткани и прочее. Закупиться тем, что необходимо.

Владельцы брад рыбачить ходили, как и все остальные — на обычных лодках. Поэтому корабли на лето вытаскивали из воды и, сняв парус, оставляли на песке. Раз в пару дней хозяин ходил и обливал на ночь днище водой, чтобы не рассохлись. Это я уже сама наблюдала.

Зимой, правда, с добычей потяжелее, потому что море неспокойно и рыбачили редко, опасно это было.

У меня осталось всего двадцать дней, чтобы решить, выйду ли я замуж за этого вот Грая, или мне нужно выбрать дом и попробовать выжить одной. Без еды и припасов? Или я смогу продать осенью кое-что и закупить еды на зиму?

Мне приходилось ходить босиком, потому что ботинки я берегла. Они понадобятся зимой. Платье из холстины я сшила, достаточно успешно. Пояс под грудью помогал обходится без бюстгальтера, но трусы от ежедневных стирок были уже в плачевном состоянии.

Идея брака, однако, меня не привлекала вовсе. Грай ни разу не попытался заговорить со мной. Похоже, ему просто нужна женщина в дом, готовить и шить. Я, может и не умница-красавица, но себя не на помойке нашла, чтобы спать с каждым, кто крышу даст над головой. Тем более, что здесь этих крыш избыток.

Надо решать…

Глава 7

Больше тридцати дней я зверски долбила язык, но говорила все еще очень плохо.

С утра, сразу после завтрака, я приступила к Гарле с вопросами.

С помощью тех слов, что я знала, телодвижений и той самой матери я, наконец-то, объяснила ей, что не хочу замуж за Грая. В конце концов я ему ничего не должна. Совершенно. За проезд я заплатила сама, за еду и крышу над головой сама, а этот голубчик за все время даже поговорить со мной не пробовал.