Второй шанс. Книга первая

Бродя по покоям кронпринца, где судорожно сновала встревоженная прислуга дворца, я обнаружила, что в одну из дверей, центральную в гостиной, никто не входит. Повсюду протиралась пыль, все чистилось, полы натирались воском, мебель вносилась, но к этим двум черным изукрашенным золотым орнаментом дверям не приближался никто.

Не став тревожить горничных, тенью следовавших за мной, я подошла и протянула ладонь к дверной ручке.

- Госпожа, нет! Опасная магия! Запрещено входить!

И тут черная дверь уставилась на меня двумя алыми, горящими во внезапном полумраке глазами.

Нечеловеческие очи прищурились, я ощутила тепло дыхания животного, судя по всему огромного, а затем дверь открылась, дозволяя мне войти.

Это оказался кабинет нового кронпринца. Большинство предметов были привезены еще из Суассона - стол, шкафы с защищенными силовым полем стеллажами, два сейфа. И, похоже, лорд Каенар покинул это место в спешке, потому как на столе остался черновик, под нетривиальным названием «Речь для коронации».

Стянув перчатки, вуаль, и высвободив волосы из прически, от которой уже ныло в висках, я обошла стол, села на место его императорского высочества, отложила свои вещи на самый край стола и принялась читать.

В речах Каенар мастером не был – герцог всегда являлся тем, кто доказывает делом, а не словом. Однако в политике умение владеть ораторским искусством порой куда важнее, умения орудовать мечом.

Я быстро просмотрела краткие рубленные фразы.

«Клянусь беречь и защищать»…

«Обязуюсь исполнять свой долг»…

«Сохраню устои династии Эвердан»…

Краткая речь менее чем на минуту.

Задние ряды еще не успеют притихнуть, а передние начать внимать, как все закончится. И если оставить все как есть, это станет самым сокрушительным разочарованием для народа всей империи Аларкад.

Посидев и поразмыслив, я взяла новый лист, и начала писать.

Речь достойного политика должна отвечать надеждам и чаяниям народа, а народ Аркалада, после двух веков завоеваний династии Эвердан, отличался существенной многонациональностью, огромными территориями, порой не связанными друг с другом, и полностью изолированным от внутреннего рынка страны югом – единственным товаром, что Суассон мог поставлять в столицу, были предметы искусства.

Это мизер. Но сушеную речную рыбу, зерно и овощи нашим жителям приходилось продавать кочевым племенам и тем же Заклинателям, но платить и те и другие много не могли. Как и приобретать.