Возвышение. Земли Ордена

Я буду помнить. В чём-то ты прав, старший Клатир, мы расстаёмся как-то нехорошо и мы не чужие. Могу ли я попросить об одной просьбе?

— Разумеется, Леград.

— Ты сказал о Стражах, которые прикрыли бы эрия в Империи. Это значит, что у вас есть там соратники?

— В какой-то мере, да, — снова криво усмехнулся Клатир. — Товарищи, которые не забыли о нас, наших общих учителях и пути, по которому они нас когда-то вели. Время от времени мы обмениваемся новостями, записывая голос на нефриты и передавая их через Врата.

Я склонился, прижимая кулак к ладони, не до конца уверенный, что поступаю правильно, признался:

— Тогда я бы хотел попросить об одолжении. Раз вернуться мне не получится, я беспокоюсь о фракции, которая осталась там. Скоро в неё должен с проверкой прийти Страж. Можно ли устроить так, чтобы это оказался Страж из тех, кто, в какой-то мере, ваш соратник и сочувствует Ордену?

— Я постараюсь, — не стал отказывать мне Клатир. — Где теперь остатки Ордена?

— Город Исток в Пятом поясе, рядом с землями фракции Морлан, новая фракция Сломанного Клинка.

— Я постараюсь, — повторил он.

Я склонился ещё раз:

— Спасибо, старший Клатир.

Он вернул мне приветствие идущих и сказал:

— Надеюсь, ты обдумаешь всё и мы встретимся ещё раз. Мы многим можем помочь друг другу, не все пути возвращения ещё проверены, и на некоторых из них твоя помощь пришлась бы очень кстати.

Я не стал ничего обещать, пусть и был только что просителем, и он явно ждал от меня ответной уступки.

Уже снаружи Седой с некоторым недоумением буркнул:

— Как-то странно прошла встреча, молодой глава. Пусть они мне и не нравятся, но можно было хотя бы выслушать, что он может нам предложить.

На ходу, не оборачиваясь, я ответил:

— Я услышал главное и понял, что эта не та встреча, которую я ожидал.

Восприятие показало мне, с каким настороженным прищуром вгляделся в меня Седой после этих слов, но я ничего объяснять не стал.

Сколько бы желчи ни отпускал Седой в сторону местных Стражей, он во многом был неправ.

По сути, я видел вчера перед собой ещё одного слепца, который не замечает очевидного и не сделал даже попытки открыть ему глаза.