Вперед в прошлое 3 (СИ)

Дед объяснил девушке, что и где нажимать, встал в середине, обнял Наташку, гордо вскинувшую голову, и Бориса, раскинувшего руки. Я сел на корточки и показал «козу».

Девушка сказала:

— На счет «три». Раз, два, три, птичка!

Вместо птички из фотоаппарата вылезла готовая фотография, Борис с Наташкой ломанулись ее рассматривать.

— Я тут жирная какая, господи! — возмутилась сестра.

— А мне нравится! — сказал Борис. — Еще! Но теперь я сяду, как Пашка!

Мы поменялись местами.

— Птичка! — скомандовала девушка.

И появилась еще одна фотография четверых лучащихся счастьем людей.

Потом мы бродили по окрестностям, посетили Александровский сад, сфотографировались на фоне постамента с названием нашего города, побродили по Старому Арбату. Дед специально вывел нас на Новый — показать экран, которым бредил Борис.

Если бы был смартфон, брат и сестра запечатлели бы каждый дом, каждый памятник и перекресток, каждую группу уличных музыкантов и кришнаитов, но можно было сделать лишь десять снимков, и приходилось выбирать. Впечатлений брат с сестрой получили больше, чем за полгода дома.

И финальный аккорд — Макдональдс на Пушкинской, самый первый, культовый, где можно увидеть настоящих негров и арабов.

Модерновое по нынешним временам новообразование прилепилось к страшному офисному зданию, отдающему казенщиной. Гнутая коричневая крыша, светящийся логотип, обилие иномарок вокруг… Но они не интересовали юных Мартыновых, влекомых блеском евроремонта и предвкушением вкушения ритуально-западной пищи."

"Вспомнилась песня о том, что цинично продавали эрзац мечты. Макдональдс и есть мечта о красивой сытой жизни, где вместо злых и угрюмых подавальщиц — улыбающиеся девочки в красных униформах, вместо прокуренных, пропитанных запахом еды пыльных залов — выдраенные до блеска помещения, где все в тон.

Я представлял, чего он боится — как тот мужик с дефлопе, что в нем разглядят деревенщину, которая может замарать чистоту и блеск, и выставят вон.

— Я все куплю, — улыбнулся дед.