Возвращение грифона

 — Прифлуфу фсять и фее!"

"— Васенька, не говори с набитым ртом — подавишься! — невозмутимо ответила Маша, а я закашлялся, покраснев и выпустив слезы из глаз.

— Вот видишь?! А если бы не крошка, а целый кусок? И откачивай тебя!

Я прокашлялся, вытер слезы и со смехом заметил:

— Это из-за тебя подавился. Смешно стало. Ты как моя мама — она мне всегда запрещала говорить с набитым ртом. Только она не врач, а учительница.

— Хорошая профессия. Хочу познакомиться с твоей мамой. Умная женщина, сразу видно.

Я опять раскашлялся и, откашлявшись, сказал:

— Представляю: «Мама, познакомься, это мои жены.

— Мда… интересно, — захихикала Василиса, — я представляю, если бы моя мама увидела нашу компанию! И это при ее болезненном отношении к статусности, к месту в обществе. Так-то в нашем мире уже давно свобода нравов, даже слишком уж свобода, но наша семейка — это нечто такое…

— Да ничего такого! — махнула рукой Маша.

— Вообще-то я и плюю, — немного раздосадованно ответила Василиса, — я что, сказала, что переживаю по этому поводу? Да пошли они все к черту. Кстати, Вась, как тебе понравилось наше вчерашнее представление?

— Ты про какое? — невозмутимо ответил я, прихлебывая чай.

— Уж не про постель — это точно, — хихикнула Василиса, — про наше испытание.

— Отлично. Что еще сказать? Прекрасно. Когда мне спину прикрывают две такие боевитые жены, я могу не опасаться, что кто-нибудь воткнет нож в спину. Кроме этих самых жен.

— Тебе не стыдно? — укоризненно сказала Маша. — Говорить такие слова! Обижать нас!

— Вась, ты правда чего-то не по делу понес, — надула губы Василиса, — это как мы тебе нож в спину воткнем? Почему? Зачем?

— Ну мало ли… увидите красивого, бравого военного в аксельбантах, якорях и влюбитесь в него.

— Тьфу! Он стебается, Маш! Вась, ну как не стыдно?! Мы взаправду, а ты стебешься над нами!

— Издевается, да, — нахмурилась Маша, — а давай его защекочем? До смерти?! И потом пойдем искать военного с якорем и аксельбантом!

— Давай. Ну, Васька, держись! — эти две мегеры подступили ко мне с обеих сторон, опрокинули меня на пол и уселись сверху.