Возрождение Феникса. Том 1

Будь мы простолюдинами или близкими друзьями, ладно, но мы чужие друг для друга люди, а этим вопросом девушка напрямую обзывает меня трусом. Самому смешно, конечно, из-за месседжа брыкаться, но такова эта боярская Россия: если проглочу, а затем Алеся поймет, что сморозила, и как я при этом отреагировал, то есть проглотил, то и решит, что верно поступила и просто назвала вещи своими именами. Трус, он и в Африке трус, как здесь говорят.

Пилик.

«Не поняла. Что-то не так?»

Набираю: «Прочитай свое смс еще раз»

Пауза. Пилик.

«Ой-йо, я поняла! Извини, я вовсе не то имела в виду:(((((((! Не злись! Волновалась же просто»

Ох, сколько много слов. Надо заканчивать. Быстро набираю.

«Встретимся завтра на уроках»

Пилик. «Ура! Беркутов, ну ты и бука! Я беспокоюсь о твоем здоровье, а ты! Злой, злой, злой:-P».

Да она заигрывает. Ну это всё нафиг. Пора прощаться.

«Увидимся, Алеся»

Пилик. «Пока;)»

Закрываю приложение, предварительно отключив уведомления, а то слишком много времени отнимает.

Телефон завибрировал.

— Да, мам.

— Юрий Иванович заедет к нам в шесть, — сообщает удивленная Елизавета. — Надо же, а я слышала от Сливовых, что наш исправник очень занят и его надо чуть ли не за месяц приглашать.

— Я потом покажу тебе причину твоего успеха, мам.

— Покажешь? — прямо слышу, как она хлопает ресницами.

— Ага, поставлю зеркало прямо перед тобой и покажу.

— Ах, сынок, — засмеялась она красивым, переливающимся смехом.

— Пока, ма, — бросаю трубку. — Тимофей, едем.

Эх, Елизавета Юрьевна, вы сами не понимаете своей замечательности.

Выезжаем на Батенскую. Почти сразу видим и припаркованную у фонаря «Весту» Свиридовых. Элитное авто, мотор выключен. Внутри водитель и минимум один пассажир на заднем сидении. Хотя, вряд ли Павел посадил рядом с собой охранника, он бы на переднем сидел.

— Вставай вплотную, — приказываю слуге. — Сразу же выскакиваем. На тебе водитель, я займусь тем, кто сзади. Действуем быстро. Нападаем, вырубаем каждый свою цель, потом помогаешь мне затащить в фургон Павла.

Говоря, я достаю из кармана брюк сложенный листок бумаги с каплями моей крови. Заготовил еще дома.

— Управишься с ним один? — тревожится Тимофей, вставая перед самым бампером. — Он наверняка Кмет. Наследник рода, как-никак.