Возрождение Феникса. Том 1

— Угроза — два! — кричу я, выпуская Рарога из спрятанного в рукаве листка бумаги.

Огненный воробей вонзается в смерч. Шипят пламя и ветер. Обе техники превращаются в серый дым. Вижу всё это краем глаза. Сам я уже наношу резкий фронт-кик в грудь Володара. Ступня врезается в ребра, колено разгибается, и наследника швыряет на диван.

В гостиной, между тем, становится тесно. Безопасники, с «калашами» наперевес, заваливаются внутрь, держа на прицеле мужчин-Груздевых. Вся группа в полной выкладке: в бронежилетах и тактических шлемах.

Тимофей вынул «ТТ» из-за пояса. Курок взведен, ствол нацелен в поднимающегося с дивана Володара. Тот охает, держась за ушибленные ребра. Надеюсь, сломал хоть парочку. Старался не переборщить, он без доспеха, но всё же синяков будет недостаточно.

Кузьма давно вскочил. Рыжие бакенбарды топорщатся на лице, словно живые.

— Вы на прицеле десяти стволов, — спокойно произношу. — Но вам не пережить даже одного моего огненного удара, — указываю рукой на плазму.

"Я говорю ровно, без эмоций, но Кузьма отшатывается от меня, округлив глаза. Мой магнетизм пугает Груздевых не на шутку. У Иры вдруг случается истерика:

— Сеня…Арсений, пожалуйста, не убивай папу! — ревет барышня, как теленок, растирая по лицу слезы вместе с макияжем. — Пожалей нас!

Бедная девочка. Везли отдавать замуж, а в итоге попала на мушки автоматов.

— Конечно, я не буду убивать твоего папу, Ира. Но вам лучше покинуть мой дом. Только сначала хотел бы услышать ответ по вире.

Кузьма соображает, бегая взглядом по черным дулам.

— Когда получишь извинения и гостиницу, ты отменишь свои угрозы? — спрашивает глава.

— Претензии будут удовлетворены, — киваю.

Кузьма медлит.

— А Метелкин и второй бандит?

— Застрелим, — пожимаю плечами.

Ира вздрагивает, словно от настоящего выстрела. Кузьма смотрит на меня без доверия.

— Или отдадим вам, — предлагаю другой исход. И правда, пускай сами утилизируют свой мусор.

— Годится, — подумав, кивает глава.

— Лебедь, проводите Кузьму Станиславовича с детьми до их машины, — даю распоряжение группе.

Вперед выступает один из безопансиков в балаклаве. Только по походке узнаю Серафима.

— Пройдемте, Ваши Благородия, — он кивает «гостям» на дверь.

На прощание зареванная Ира бросает робкий благодарный взгляд. Видимо, за то, что живыми уйдут.