Вознесенная грехом

Она не смогла скрыть следы своих слез.

– Позволь мне взглянуть на твое ухо, – сказал я манящим голосом.

– Или на то, что от него осталось, – хрипло произнесла она, ее взгляд был полон ненависти и обвинения, но кроме этих очевидных эмоций, которые она хотела, чтобы я увидел, я заметил ее боль и страх, и эти чувства глубоко меня ранили.

Я должен был это предвидеть. С самой первой минуты, как я ее увидел, она не выходила у меня из головы. То, что вначале было обычной похотью, теперь превратилось в нечто большее.

– Я не знал. Я бы не позволил этому случиться. Это не входило в наш план.

Его губы изогнулись в натянутой улыбке.

– И каков же был ваш план?

– Тебя должны были обменять на твоего отца, как я тебе и говорил. Предполагалось, что это произойдет на этой неделе.

– А каков ваш план сейчас?

Я не был уверен, что рассказ об этом как-то улучшит ситуацию. Но Марселла была слишком умна, чтобы не понимать происходящего.

– Эрл хочет наказать твоего отца через твои страдания.

Марселла кивнула, будто все обрело смысл. Она вновь отвернулась от меня, ее плечи напряглись. Я подвинулся ближе, пытаясь разглядеть ее лицо. В каждом его идеальном сантиметре я мог видеть борьбу, и в итоге слезы хлынули потоком. Сначала она сдерживалась, но потом ее прорвало.

– Белоснежка, мне жаль, чертовски жаль, – пробормотал я, касаясь ее щеки.

Ее глаза вспыхнули.

– Это не сказка. И в том, что происходит, есть твоя вина.

Она была права. Не имело значения то, что Эрл следовал бы своему плану даже без моей помощи.

– Позволь мне обработать рану, – сказал я.

Марселла впилась в меня взглядом.

– Это все из-за тебя. Уходи.

Но я не ушел, не тогда, когда она открыто плакала передо мной, такая уязвимая, какой я ее никогда раньше не видел.

– Готово, – сказал я.

Наконец, Марселла посмотрела на меня. Она горько улыбнулась.