Волшебные искры солнца

Но времени у тебя мало. Уверена, что справишься? – спросила Ольга.

– Конечно, – улыбнулась Вера, демонстрируя раздвоенный язык, и Ольга поморщилась – у племянницы абсолютно не было вкуса.

«Черная королева призвала девчонку, и та не выдержала ее ярости, – размышляла про себя Ольга на обратном пути, уверенно ведя машину. – Убийство пришлось скрыть. Техномаги поработали над записями камер, я – над телом. Ни люди, ни Орден ничего не заподозрили. Забавно. Покойся с миром, Полина Маслова, моя глупая девочка, и спасибо за то, что помогла мне».

Ольга не знала, как сильно ошибалась.

***Полина не спала всю ночь – сидела у окна, смотрела на темное бархатное небо, усеянное звездами, и слушала морской прибой. Рядом на кровати лежал Степа, обняв подушку – он всегда так спал, и Полину это безумно раздражало. Ей не нравилось, что он ведет себя как большой ребенок, а Степа словно назло постоянно улыбался, шутил и подкалывал ее. Она терпеть его не могла, обзывала, кричала, использовала, но он все равно не оставил ее.

И зачем он только это сделал? Теперь ведь и сам в опасности. «Черная роза» не оставит их в покое. К своим она еще более жестока, чем к чужим. Если они попадутся, Черная королева позаботится о том, чтобы последние часы их жизни были невыносимыми.

Полина перевела взгляд на спящего Степана – полупрозрачный лунный свет падал на его обнаженную спину – прямо между лопаток, и из-за этого парень казался незащищенным. Словно этот самый свет мог порезать его. Полина закрыла окно тяжелыми шторами и села рядом со Степой на край кровати.

"После того как Карл нашел Полину, он отправил ее домой, оставив с розианцем и Степаном, который ничего не понимал, и уехал – разбираться с учеником Ольги. Хоть он и оставался спокойным, взгляд у него был такой яростный, что Полине было невыносимо страшно.

– Пожалуйста, выслушайте меня. Да, я виновата, но вы должны знать обо всем! Из-за меня один человек оказался в опасности, – скороговоркой выпалила Полина, и при взгляде на Карла ее сердце сжалось. – Ольга… Она подставила меня!

– И как же? – холодно посмотрел на нее немец.