Мой идеальный смерч

– Мы вас подождем, – мне показалось, или Никита умеет ухмыляться? У Смерчинского научился плохим привычкам, что ли?

– Я хочу, чтобы он меня в туалет проводил! – не выдержала я. – Где они здесь, Смерчинский? Немедленно меня туда отведи!

– Что же, – поднялся он и даже подал руку, – я разочарован, признаюсь, но провожу. Но домой ко мне мы поедем?

– Поедем, – сердито посмотрела я в его смеющиеся глаза.

– Я сделаю тебе изумительный глинтвейн, – пообещал мне Смерч.

– Я с удовольствием выпью его из твоих рук, милый, – мрачно пообещала я, пряча записку от любопытных взоров Князя и Ника.

Продолжая ворковать, как два нереально помешанных влюбленных голубка, мы покинули кафе.

Надо было бы показать эту записку Дэну прямо за столом, предварительно прочитав ее, но я словно чувствовала, что читать ее нужно не за столиком! Чувствовала это, и все. К тому же мне хотелось свободно поговорить с ним наедине и задать жару за провал его знакомой мелкой воровки!

Мы вышли, и, когда я обернулась около самой сцены, то увидела, как светловолосая женщина-гоблин медленно повернула голову в нашу сторону, пристально взглянув в спину Смерчу, а потом вновь отвернулась к Нику – для поцелуя, который тот, видимо, потребовал.

Он так ласково ее обнимал, с каким-то даже почтением, что у меня внутри что-то оборвалось.

– Вот отстой, – простонала я. – Целуются.

Смерч обернулся и тоже увидел эту прелестную картину.

Мне показалось, что Смерч выглядит так, словно он что-то только что вспомнил. Вспомнил, и ему стало так больно, будто бы тонким хрустальным лезвием провели по сердцу. По старой ране.

– Черт, – сказал он хриплым голосом. – Знаешь, Маша, сегодня ничего не получилось. Опять. И я не знаю, почему. Прости меня.

Я, готовая минуту назад загрызть темноволосого парня за то, что очередная операция провалилась, почувствовала, что все негативные эмоции по отношению к нему медленно улетают на крыльях партнерства.

– Угу, – тихо отозвалась я. В этот момент мне так хотелось пожалеть – не себя, его. Взять за руку и сказать: «Денис, все будет хорошо».