Волчий лог

Суставы вывернулись, в лицо ударили звуки, запахи, громкий хруст веток под чьими-то шагами… И я осознала, что стою на снегу на четырех лапах, изготовившись броситься на обидчика. Внутри все горело. Этот урод собирается причинить зло моему мужу. Моему. Мужу! Ни за что. Не дам. Не позволю!

Я резко оттолкнулась, взлетела в воздух и вцепилась в вонючее плечо. Метила в горло, но похититель успел увернуться.

— Ах ты, сука! — резкий звук выстрела громыхнул совсем рядом, и бок прошила боль, но мне было все равно.

Я не могла отступить.

— Тварина проклятая! — взвыл плюгавый. — Убью!

И в этот момент я услышала выстрелы. Они доносились откуда-то из-за забора, причем мне показалось, что стреляют с разных сторон. Пальба, голоса, выкрики — похоже, там развернулась нешуточная бойня.

Но у меня была своя война. Вывернувшись, укусила своего похитителя за руку, вынуждая бросить пистолет, откинула оружие лапой в снег и пошла на врага. Мыслей не было.

— Ника! — голос Егора, прозвучавший внутри громким криком, выдернул меня из красного тумана.

Я повернула голову, увидела несущегося ко мне волка, успела заметить выскочившего из-за угла здания мужчину в камуфляже и кинулась вперед, закрывая мужа от выпущенной в него пули.

Боли не было. Только тугая волна, ударившая в грудь, и онемевшие, подгибающиеся лапы.

«Гор» — успела выдохнуть я, заметила еще одного военного, бегущего наперерез тому, что стрелял в меня, и погрузилась в темноту.

Инга

За окном стемнело, а вестей о Нике все не было. Телефон молчал, поселок затих. Похоже, никто из жителей не знал о произошедшем, что неудивительно. Сэм не любил трепаться попусту, и ребята его разговорчивостью не отличались.

Я сидела на кухне и смотрела на медленно падающий снег. Делать ничего не могла, все из рук валилось. После ухода Стаса попробовала занять себя готовкой, но только продукты испортила: картошка для пюре подгорела, молоко убежало.

В итоге Никитку покормила тем, что привез Брягинцев, отправила сына за комп и устроилась на подоконнике, наблюдая за улицей.

На душе было тоскливо. Угораздило ж эту рыжую пропасть! Вот уж не думала, что успею к ней так привязаться, а сейчас вот места себе не нахожу и сердце ноет, словно Ника мне родная. Еще и Брягинцев так странно попрощался.