Внебрачный ребенок

Затем позвонил Лизе, и попросил ее перенести свой выходной и немедленно приехать, чтобы посидеть с ребенком, а сам отправился к Косте в контору. У него куча связей, а у меня денег и возможностей добраться хоть до черта. Только бы знать его в лицо, эту падаль, которая довела всю семью до нервного срыва.

Спустя два часа Костя узнал, что Бердников несколько дней назад прилетел в Санкт-Петербург. Мы ухватились за эту версию и выяснили, что Валера виделся с ним вчера вечером, а еще взял у него деньги, и через час собирался улететь из страны.

— Только давай без самодеятельности, Роберт? Я сейчас позвоню Барыцкому в отдел. Если ребенок у этой гниды, то я беру ребят, и еду к нему, получив протокол задержания на руки. Сам прослежу, чтобы ему ничего не сошло с рук. Добро?

Костя попросил меня оставаться на месте и не лезть в пекло, но разве мог я сейчас сидеть сложа руки и ждать, когда мне привезут моего ребенка? У Бердникова повсюду связи. Ему все сойдет с рук, если он вовремя подсуетится и приплатит кому нужно.

— Такого обещания я тебе дать не могу, но буду признателен, если поторопитесь, — взял со стола распечатку с адресом гостиницы, где он остановился, и направился на выход. — Не хотелось бы сесть из-за этого урода.

— Роберт… — но я уже не слышал его слов.

Громко хлопнув дверью, вышел на улицу и втянул в себя холодный воздух. Затем достал пачку сигарет, выбил одну из упаковки, и прикурил, думая о том, что в таком состоянии небезопасно садиться за руль. Руки тряслись, перед глазами мутилось от ярости.

— Если через полчаса не вернусь, то…

— Да, я в курсе, — перебил меня Карим, кивнув. — Контакты Кости и Барыцкого у меня есть. На вот, — он потянулся к бардачку и протянул мне пистолет.

— Откуда у тебя оружие? — я взметнул брови вверх, не отводя взгляда от оружия.

"— Это травматика. Так, на всякий случай. На дорогах куча отморозков, я часто езжу по командировкам один.

Мне хватило нескольких секунд, чтобы взвесить все за и против.

— Нет, — я решительно отказался. — Если ребенок окажется у него, я бы не хотел, чтобы Сафина видела, как ее отец убивает другого человека.

Я был вне себя от злости, а гнев и оружие в таких ситуациях плохие советчики. Я не собирался садиться за решетку.