Владыка морей ч.2 (СИ)

— Вот так вот сразу! Вместо здрасте?

Именно так, без лишних церемоний, начался разговор патрикия Александра и сына боярского Вацлава Драгомировича, который и сегодня благочинно постучал в ворота дома, а не вломился туда с оравой головорезов.

— Докажи! — сказал Вацлав, делая глоток вина, изготовленного тут же, на этой самой вилле. И было то вино превосходным, в меру терпким и почти без кислинки. Все, как он любил.

— Я еще жив, — пожал плечами Александр. — Если бы ты сам считал меня виновным, то либо моя голова была бы уже послана императору, либо я трясся сейчас в вонючем мешке на пути в Братиславу.

"— Все так, — неохотно согласился Вацлав и отставил пустой кубок в сторону. — И хоть тот ливиец сказал, что его родичей наняли ромеи, но у меня остались сомнения. Вам не настолько нужно устранить экзарха Григория, чтобы для этого ввязаться в новую войну на севере.

— Ты прав, — поморщился Александр. — Григорий — большая проблема, но он не стоит войны с архонтом Словении. Мы едва удержали Анатолию.

— Исключено, — покачал головой Вацлав. — Я лично допрашивал его. Он рассказал даже то, что давно забыл. Так кто бы это мог быть?

— Не знаю, — опять поморщился Александр. — Мы нашли этого парня, но нашли уже мертвым. Мы хотели отдать его вам, но не успели. Его кто-то зарезал. Мои люди заметили ваши приготовления и не стали заходить в тот дом.

— Надо же, совпадение какое, — раздвинул губы в мертвенной улыбке Вацлав. — А я не люблю совпадения.

— Ничего удивительного, на него донесли, — пожал плечами Александр. — Кто-то готовил ловушку, и лишь по случайности наши люди не встретились там. Тогда я бы уже не смог оправдаться. Зато у меня его семья. Госпожа приказала вывезти их из Карфагена. Мы надеялись, что он начнет их искать и проявит себя. Семью заберешь? Это наш подарок архонту Само.

— Себе оставьте, — равнодушно махнул рукой Вацлав. — На кой мне этот выводок баб? Наша вера не позволяет лить невинную кровь без нужды.

— Да??? — несказанно удивился патрикий. — Никогда бы не подумал! А кто же ты тогда?

— Я верный слуга государя, — спокойно ответил Вацлав. — Ты не понимаешь, патрикий! Наши догматы куда суровее, чем у вас, ромеев. Вы творите зло, но откупаетесь от него покаянием и жертвами на церковь. У нас так нельзя. Я сам себе судья и палач.