Владыка морей ч.2 (СИ)

Он терпеть не мог банк, его тяжелый, спертый воздух и его служащих, забиравших каждый раз свою толику из тех средств, что приходили ему из Братиславы от продажи кофе. Денег от этой торговли пока было немного, но Коста не унывал. Он постепенно приучал знакомых к этому напитку, рассчитывая когда-нибудь развернуться широко. Государь не запрещал своим слугам зарабатывать, если это не мешало делу. Мудр князь. Он понимает, что людскую натуру не исправить. А раз так, то пусть люди не прячутся, словно воры. Коста с каждым караваном из Индии на две сотни солидов товара привозит, и на том три конца делает.

Так его кубышка в Солеграде пухнет понемногу, обеспечивая его дополнительную верность короне. Дураком надо быть, чтобы предать государя и такие деньги бросить. Крепче якоря то золото чиновников держат. Ибо сказано в Писании: где сокровище ваше, там будет и сердце ваше. Ведь вроде бы твои те деньги, а попробуй забрать все и сразу. Сходишь для начала в Тайный приказ и там пояснишь, куда это ты их потратить собрался. Впрочем, если причина уважительная окажется, то препятствий чинить не будут."

"На следующей неделе Коста поедет в Аммоний, имперский городок прямо на границе с пустыней. Провинция Ливия Нижняя осталась за Константинополем, и в тех местах было спокойно. Но если выяснится, что покушение подстроено кем-то из чиновников императора, то это тут же станет большой проблемой. Торговля с ромеями, что только-только начала налаживаться снова рухнет безвозвратно. А это никому не нужно.

И какая же сволочь подослала предателя к княжичу? Это мог быть кто угодно. Ведь стольким сильным мира сего нужна была эта смерть!

— Здравствуйте, почтенный Константин! — бывший ростовщик Роман поклонился. Они уже виделись, и он знал, с кем говорит, хотя Коста не стремился к широкой известности. Хотя… Разве можно долго утаивать такое? Люди, имеющие большие деньги, редко бывают набитыми дураками.

— Здравствуйте, почтенный Роман, — вернул любезность Коста. — С караваном собрались куда-то?

— Ну что вы! — рассмеялся откупщик.

— Я слишком толст и ленив для этого. Я не хожу с караванами, я теперь вкладываю деньги в чужую торговлю.

И он проникновенно добавил, глядя прямо в глаза Косте:

— Я не нарушаю законов нашего повелителя, благослови его святой Марк! Вам ли этого не знать, почтенный Константин! Ведь от вас не укроется ничего! Кстати, не хотите ли поучаствовать в торговле? Обещаю два солида на каждый ваш собственный, что вложите в дело.