Власть Варяга

Карьера певца не заладилась, да и на сутенерском поприще его преследовали сплошные неудачи. Собственно, сутер из той породы людей, которых никто не жалует. Клиенты относятся к ним брезгливо, считая, что на жизнь ему зарабатывают женщины, а девочки не любят потому, что видят в нем эксплуататора и надсмотрщика.

Следовало бежать. Раствориться. Денег у Сереброва было немного, но их было вполне достаточно, чтобы исчезнуть за бугром. Во всяком случае, первый год можно будет жить вполне сносно, а там как повезет. Но для спокойной жизни следовало сменить фамилию.

Звонок прозвенел точно в пять часов вечера, как и договаривались. Низкий мужской голос спросил:

— Это Серебров?

— Да, это я, — отозвался Александр, едва скрывая нетерпение.

— У меня для вас имеется хорошая новость. Я получил то, о чем мы договаривались.

— Очень хорошо, когда мы можем с вами увидеться?

— Через час. Вас устроит это время?

— Вполне.

— Давайте встретимся в Кожухове, в Южном порту.

— Где именно?

— Не доезжая до порта примерно с километр. Там справа небольшая аллея. Мне бы хотелось встретиться именно там.

— Хорошо.

Серебров подъехал ровно в шесть. Джип «Мерседес» его нового знакомого уже стоял у обочины, он узнал его по номерам. Место глуховатое, оно и понятно — окраина! Прохожие — очень редки. Увидеть можно разве что мастеровых в робах, неторопливо шастающих по каким-то своим делам.

Дверца автомобиля открылась, и из салона вышел человек, в котором Серебров мгновенно узнал того самого типа, который в свое время предложил ему выступить с частным концертом в коттедже.

Старый знакомый доброжелательно улыбнулся и протянул руку.

— Никак не полагал, что это будете именно вы, — не сумел скрыть своего удивления Александр, пожимая сухую ладонь.

Тарантул усмехнулся:

— А вы думаете, что мы занимаемся только организацией концертов?

Серебров пожал плечами:

— Нет, но…

— Кстати, а вы остались довольны суммой гонорара в тот вечер?

— Да, — кивнул Серебров.

Тарантул улыбнулся:

— Надеюсь, что и в этот раз я вас не разочарую. Давайте не будем светиться здесь, мало ли чего… Сядем в машину!

И он любезно распахнул перед Серебровым переднюю дверцу, после чего устроился на водительском кресле.