Ведьма по наследству

– Ярополк – воевода, у него наверняка есть опыт командования трудными новобранцами, – пожала плечами Юля. – Пятый пункт – она недолюбливает Лютого.

– Недолюбливает? – Я чуть карандаш не выронила. – Она чуть не сожгла его заживо! Она зла на него, как черт!

– Это у нее от меня, – опустила глаза подруга. – Как она его вчера, а?

– Ага, – буркнула я, – чуть не спалила мою ступу. И опять все тыквы потоптали. Я начинаю думать, что завалюсь именно на этом пункте условий бабули. А Лютый хорош, особенно когда голый! Я вчера на мгновение даже поняла, почему ты с ним замутила.

Юлька насупилась, и я решила закругляться:

– Лютый все же не совсем сволочь – явился ублажать инкуба, я и не заметила, что уже месяц пролетел.

– Теперь это условие можно считать выполненным, раз инкуб отказался от притязаний.

– Надеюсь, что так, – согласилась я. – Потому что вряд ли Лютый еще раз явится, после такого горячего приема. Мне кажется, Глория его слегка задела.

– Ничего, у него отличная регенерация, – Юлька и не думала жалеть оборотня. – И что теперь делать с Глорией? Надо бы объездить ее сначала, перед военными действиями. Может, у нее еще есть какие-то черты характера, которые лучше бы выяснить заранее.

– Это да, – отложила я карандаш в сторону. – Если Глория переняла твой ПМС, то она склонна к меланхолии, вспышкам агрессии и перепадам настроения. Что ты испепеляешь меня взглядом?

– Дым из ушей не идет – и ладно, – ухмыльнулась Юлька.

– Она еще спит?

– Роет себе пещеру на пустыре за домом, – как ни в чем не бывало ответила подруга, сделав глоток кофе. – Я думаю, что кое-что она и от тебя переняла – сразу взялась вить гнездышко.

Я вышла во двор, обошла вокруг дома. Вытянутые холмы, поросшие выгоревшей на солнце травой, располагались параллельными полосами, как на стиральной доске. Рельеф напоминал старые шрамы, будто кто-то прочесал землю огромной когтистой лапой. Глория устроилась у ближайшего холма, руки-грабли ловко загребали землю.

– Трудолюбивый дракон! – Хриплый голос Еремы раздался из-за плеча."

"Мне не хотелось ему отвечать, тоже мне, капитан очевидность. Вчера мне так и не удалось отвоевать свою ступу. Сарай сгорел, и теперь она стояла у забора, под присмотром всевидящего ока Еремы.