Ведьма для генерала-дракона. Контракт на свободу

Я будто попадаю в спальню девочки-подростка! Как можно было превратить мою спальню в ЭТО?!

Все розово-белое, канделябры с позолотой, мягкие подушечки, пушистый плед… И оттоманка с розовой атласной обивкой. Горгулья срань, что здесь происходит?!

Понимаю, что последнюю фразу я прорычал вслух.

— Эйвиола Бранд! — громко произношу я. Плевать, что это слышит весь дом. К тому же мне нравится, как звучит.

С хлопком распахиваю дверь и иду практически на чутье дракона. Он почти всегда знает, где ее искать. Прислуга шарахается от меня в стороны, понимая, что снесу и не замечу.

Спускаюсь через ступеньку по лестнице и вхожу в светлую гостиную. И просто мгновенно забываю, на что был зол. Потому что теперь в ярости не только я, но и дракон.

На диванчике, мило флиртуя друг с другом, сидят двое — моя жена и мой друг. Какого демона он так рано приехал? И почему она так обворожительно ему улыбается?

— Добрый день! — громко приветствуя их я, надеясь сохранить хотя бы внешне подобие хладнокровия.

Эйви заметно напрягается. Я вижу, как вжимаются ее тонкие пальчики с аккуратными розовыми ноготками в обивку дивана. Она делает вид, что очень рада меня видеть, и улыбается. Но это совсем не та трогающая душу улыбка, которая была на ее лице всего несколько мгновений назад. Когда она смеялась шутке Джеральда. И это злит еще сильнее.

— Привет! — друг встает и протягивает мне руку. — Это скорее я не знал, что ты будешь в отъезде.

Я пожимаю его ладонь чуть крепче, чем стоило, а на лице Джера мелькает удивление. А потом внезапное понимание, и он расплывается в улыбке.

— Эйви, отойдем на минутку? — я стараюсь быть вежлив.

Но дракон нетерпелив. Он хочет дать понять в первую очередь Джеру, что Эйви трогать нельзя. И жене показать, что она не имеет права так открыто флиртовать с посторонним мужчиной.

Эйви воинственно вздергивает подбородок, выпрямляет спину и продолжает сидеть. Я чувствую, как у меня скрипят зубы оттого, что сильно сжал челюсти.

— Но у нас гости. Это срочно?

— Да, — все сильнее мрачнею я. — Это касается невероятного ремонта, который ты сделала в нашей спальне.

На ее сочных губах, которые она уже истерзала, нервничая, появилась довольная ухмылка. Значит, она все же сделала это специально.