Варвара выступает в поход

Здесь же даже диска не было – только серость, только безнадёжность. И самая густая серая пелена окутывала дворец – через неё толком невозможно было разглядеть ни окна, ни двери. И даже деревья вокруг – апельсины там, гранаты и что тут ещё растёт – выглядели так, будто их не поливали неделю. Листочки повисли, цветочки скукожились.

Принц направился к группе стоящих неподалёку рыцарей и стражей, и некоторых я узнала – они были с нами в походе, скажем – рыжий рыцарь Сигизмунд, или рыцарь Раймон, или вот ещё один, не помню, как зовут.

Они говорили все разом – что им не то повезло, что ночью они оказались в городе, на празднике, а утром пришли сюда, и увидели вот это, не то наоборот, не повезло. Вдруг нужно было быть там, когда напали? Вдруг шанс был? Вдруг он и сейчас есть? Ничего же не понятно.

– Стриж, скажи, тебя учили про такие вот штуки? – тихонько спросила я у парня.

– Да ты что, сестрица, – замахал он руками, – куда там! Никого не учили! Меня учили таким штукам, которые можно использовать в бою, или в защите, или чтоб добыть сведения.

И всё. А это какая-то высшая магия, куда мне!

Ну да, практики хреновы. И ведь даже у мастера в крепости тоже учат в первую голову практическим вещам, которые пригодятся в бою и в походе. Вот и встревают потом против тех, кто удосужился подумать о чём-то, кроме боя и похода.

Тем временем принц принял доклады, посовещался с Лео, с Сигизмундом, с Раймоном и с кем-то ещё из стражей, и начал.

– Брат Смерч, – и даже слегка поклонился, – скажи, что ты видишь и чувствуешь.

– Вижу, что там не только некромантия, – покачал головой тот. – И не могу понять, как это вообще было сделано. Это невозможно.

– Ты можешь разрушить то, что поддастся тебе?

– Я могу попробовать.

Брат Смерч подозвал остальных некромантов, приказал им разойтись и встать примерно на четырёх углах здания – на самом деле, оно было сложной формы, углов насчитывалось более четырех, внутренних дворов – два, но наши некроманты заключили всё в прямоугольник. Я прислушалась – пользуясь новообретённым ощущением, чуть отпустила той страшной силы… она учуяла что-то родное, но – не до конца.

И барьер передо мной казался неодолимым, и я смотрела на попытки наших снести тот барьер, и видела – нет, они не могут, им что-то мешает. Чёрт, что может быть сильнее смерти? Смерть неодолима и придёт за всеми. Почему тут стоит этот барьер, как он держится?

– Мешает кровь, мой принц, и что-то ещё, мне не ясное, – вздохнул брат Смерч.