Варька

– Ужас какой-то! – передернул плечами Рюрик, вообразив себе полученный результат.

– Ничего ты не понимаешь! – облизнулась Варька. – Знаешь, какая вкуснотища получается? Особенно с голодухи. От всей «Сдачи Бреды» одна сковородка остается. Чистая.

– Какие-то экстремальные у тебя, Варвара, развлечения, – отказался выполнить ее просьбу Рюрик. – Может, попроще что-нибудь придумаем? Например, прыжки с дракона без парашюта? Или ловля гоблинов голыми руками?

Варька расхохоталась и пришла в свое обычное прекрасное расположение духа.

– Ладно, Рюрик, расслабься. Не буду я у тебя полы мыть. Тем более что в компании с тобой действительно можно найти занятие поинтересней. Ты мне, между прочим, пиво со вчерашнего дня обещал.

– Обещал! – подтвердил Рюрик. – Я и не отказываюсь. Останемся у меня или пойдем куда-нибудь типа «Млина»?

– Да ну на фиг все эти походы. Давай у тебя посидим.

– Как скажешь, – махнул на Варьку рукой Рюрик и приказал принести пиво.

– М-м-м!!! Потрясающе!

– Я рад, – улыбнулся Рюрик, глядя на блаженствующую графиню.

– В такие минуты ни о чем неприятном даже думать не хочется, – вздохнула она. – Ни о Болдани, ни о Хай-Ри, ни о девицах де Крус…

– Слушай, кстати, – оживился Рюрик, – расскажи-ка мне, как у тебя с этими самыми девицами де Крус дела обстоят?

– Так это же ты их с жертвой наколол, а не я.

– У меня? Никак не обстоят. После того, как мы с тобой над ними в «Млине» поприкалывались, меня Катрина перекупить хотела, но я ее послал куда подальше и больше никогда девиц де Крус рядом с собой не видел.

– Везет же некоторым! – завистливо вздохнула Варька. – А от меня они никак отстать не хотят. И чем это, интересно, я им так понравилась? Может, у них сексуальная ориентация нетрадиционная и они таким способом свою симпатию ко мне выражают? А? Как ты думаешь, лэрд?"

"– Они могут, – согласился Рюрик, и Варьку понесло.

– Конечно, могут! Подобная романтическая чушня для подростков среднего умственного развития вполне в их стиле!

Рюрик расхохотался, сделал большой глоток и блаженно откинулся в кресле.

– Ты знаешь, графиня, мне с тобой хорошо. Я даже не пойму почему.