Украденная невинность, или Право первой ночи

Сегодня и следующие три вечера тоже.

— Тише, — встал я за спину девушке, едва после очередной получасовой тренировки она начала злиться.

Коснулся талии, чтобы встряхнуть ее и показать более удобную стойку, но одернул руку. Первокурсница повернула голову. Губы маняще приоткрылись, напоминая о сладости наших поцелуев.

— На сегодня тренировка окончена.

— Но мы только начали! — запротестовала Эмилия и вдруг нахмурилась. — Иллар, почему так тихо?

Я прислушался. Обернулся. Мы давно миновали ущелье и сегодня разбили лагерь в небольшом гроте, способном укрыть от бешеного ночного ветра.

Я сказал девушке следовать за мной и бросился к ребятам, подозревая о возможном нападении, но едва добрался до них, как увидел ставшую привычной обстановку, где студенты сидели вокруг костра и травили байки.

— Иллар, что-то случилось? — поднял голову Хорс, оторвавшись от чтения книги. — А где Эмилия?

И тут прозвучал женский крик, раздирающий на части душу.

Глава 20. Эмилия

Ветка сломалась под моей стопой.

Не удержавшись, я упала на колени и посмотрела в спину убегающего Иллара. Его настолько взволновала установившаяся вокруг тишина, что я не решилась окликнуть. Вдруг сделаю хуже? Что если спугну кого-нибудь или, наоборот, привлеку к себе лишнее внимание?

Этот маг и так ко мне слишком добр. Когда все вокруг посмеивались в лицо и шептались за спиной, он скрывал свою неприязнь. Я замечала ее только во время прикосновений. И даже в такие моменты старшекурсник пытался быть дружелюбным, нечаянно брошенным словом или взглядом сглаживал углы, словно не хотел поставить меня в неловкое положение.

Я не могла требовать большего. Да, отчаянно хотелось назвать его другом, как-то сблизиться, узнать мага получше. Но мне достаточно и того, что рядом с Илларом я сама становилась спокойнее и каждый раз была благодарна за небольшую передышку от нападок внешнего мира. А когда он согласился меня обучать… Ох, это вершина моего счастья!

Вот только мне не хватало усидчивости и усердия.

Маг терпеливо возился со мной, объяснил, направлял, приводил тысячу примеров, заставлял раз за разом повторять одно и то же, чтобы добиться хоть какого-нибудь результата. Но мне все больше казалось, что я полнейшая бездарность. И лишь уверенность профессора не позволяла опустить руки.

А также вера Иллара в мой дар!

Сложно описать мои чувства, когда я ощущала ее. Старшекурсник почему-то не сомневался в том, что я обладала магией.