Украденная невинность, или Право первой ночи

Будто я больше не принадлежала самой себе.

— Моя, — осыпая страстными поцелуями мою шею, грудь, опускаясь ниже, почти рычал он. — Только моя…

Я извивалась. Под его жаркими ласками ощущала себя так, будто между нами никогда не было барьеров, словно растворились все проблемы и препятствия. И я стала самой собой! Без сомнений доверяя своему сердцу. Зная, что наша связь — истинная! Понимая, что ради мужчины, который для меня умер и вернулся к жизни, пойду на все.

— Иллар, — простонала я, выгибаясь ему навстречу, как вдруг дверь распахнулась и на пороге застыл обескураженный происходящим Окрон.

***После того, как я обрела собственные чувства и освободилась от магических, то перестала бояться истинного вида своего мужчины. Более того, когда Иллар оборачивался в дракона, то сердце наполнялось всепоглощающей любовью, притом не моей — его. И я знала, что значу для своей пары. Теперь не были секретом его страхи и надежды. Мы будто превращались в цельный организм, и это невероятное единение невозможно описать словами.

Окрон оказался прав — я ушла бы за своей парой из этой жизни, потому как остаться без Иллара значило бы существовать тенью самой себя.

— Люблю тебя, — погладила я морду огромного зверя, с которого только что спустилась, и он шумно фыркнул, обдавая меня теплом своих чувств."

"Пока он принимал форму человека, я с интересом осматривалась. Полуразрушенный замок и сейчас поражал своим величием. Высокие стены увивали черные розы, которые так часто дарил мне дракон. Но теперь я знала, в чем их суть.

Некогда королева уничтожила цветы жизни, и они превратились в пепел, из которого и появились эти растения. Я погладила лепестки и ощутила, как Иллар обнял меня со спины. Он прижался губами к моему затылку, а я резко выдохнула, чувствуя обнаженное мужское тело. И сильное желание близости.

Развернувшись в объятиях, привстала на носочки и нежно поцеловала его в щеку.

— Здесь прекрасно.

— Стало, когда тут появилась ты, — шепнул он, жарко отвечая на ласку. — Спасибо, что согласилась сбежать со мной.

— Ты не чудовище! — возмущенно воскликнула я и кивнула на развалины. — Тот, кто сделал это с тобой — вот настоящее чудовище. А ты прекрасен в любой ипостаси. Я люблю тебя любым…

— Птичка моя, — хрипло прервал меня любимый и повалил на землю.

Его нетерпение передалось и мне. С того момента, как Окрон обнаружил нас на той кровати, мы никак не могли уединиться.