Укрощение любовью, или Уитни

Она поймала себя на том, что очень хочет побыть немного с Клейтоном, и, отказавшись от очередного приглашения на танец, попросила партнера отвести ее к герцогу.

Клейтон, как обычно, был окружен людьми, однако, не прерывая разговора, взял ее под руку и привлек в круг приятелей. Этот небрежно-властный жест лишь усилил ощущение ослепительного счастья, радости жизни… как, впрочем, и еще два бокала шампанского.

– Что случилось с Эстербруком? – сухо осведомился Клейтон немного погодя. – Я ожидал, что он пригласит вас на третий танец.

– Так и было, – усмехнулась Уитни. – Но я отказалась.

– Чтобы не возбудить лишних сплетен?

Бессознательно манящая улыбка чуть приподняла уголки ее губ. Девушка отрицательно покачала головой:

– Я отказала ему, зная, как вы не хотите, чтобы я танцевала с ним, и, кроме того, была твердо уверена, что вы немедленно отомстите, пригласив на танец мисс Стенфилд.

– Весьма проницательно с вашей стороны, – мягко выдохнул он.

– И крайне обидно с вашей, – упрекнула Уитни, смеясь. До нее только сейчас дошло, что она призналась в таком постыдном чувстве, как ревность.

– Chérie, – раздался за спиной знакомый баритон, и девушка в радостном удивлении обернулась. – Неужели вы решили вслед за Парижем завоевать и Лондон?

– Ники! – ахнула Уитни вне себя от восторга, глядя в знакомое красивое лицо, которое было так дорого ей."

"– Как чудесно вновь видеть вас, – продолжала она, и Ники сжал ее руки в своих теплых ладонях. – Я спрашивала лорда Ратерфорда, но он сказал, что вас задержали дела, и, возможно, вы приедете не раньше завтрашнего дня.

– Я добрался сюда час назад.

Уитни повернулась к Клейтону, намереваясь познакомить его с Ники, но мужчины, очевидно, уже встречались.

– Клеймор, не так ли? – осведомился Ники, критически разглядывая Клейтона.

Тот в ответ так же холодно наклонил голову, и Уитни, никогда не видевшая, чтобы они вели себя подобным образом раньше, подавила почти непреодолимое желание забиться в какой-нибудь угол и внезапный порыв, несомненно, подогретый шампанским, громко расхохотаться над дурацким мужским соперничеством, причиной которого была она сама.

– Позвольте пригласить вас на танец, – сказал Ники, высокомерно игнорируя этикет, требующий сначала спросить разрешения Клейтона.

Поскольку он уже увлекал ее за собой к танцующим, Уитни беспомощно оглянулась на Клейтона:

– Вы извините нас?

– Конечно, – последовал короткий ответ. Не успел Ники обнять ее за талию, как губы Клейтона неодобрительно поджались.