Укрощение любовью, или Уитни

Отказаться? Но ее заставят идти к алтарю!

Осталось единственное, самое унизительное – умолять и льстить. Она догнала Клейтона и осторожно положила руку на его рукав:

– Я хочу просить вас об одном одолжении, ведь вы пообещали дать мне все, что в ваших силах, и…"

"– В моих силах, – холодно объявил Клейтон, – и в разумных пределах.

– Тогда, может, дадите мне немного времени? Мне необходимо смириться с ужасным сознанием того, что я стала беспомощной пешкой в шахматной партии между вами и отцом, и, кроме того, привыкнуть к мысли о неизбежности нашей свадьбы.

– Я дам вам время, – согласился он спокойно, – при условии, что вы благоразумно его используете.

– Обязательно, – заверила Уитни, солгав на этот раз куда более гладко. – Да, и вот еще что, не могли бы вы пока держать в тайне как помолвку, так и ваше настоящее имя?

– Зачем? – сквозь зубы осведомился Клейтон.

«Потому что вы придете в бешенство, узнав на следующей неделе, что я сбежала с Полом. Но если я публично оскорблю вас перед всеми соседями, узнавшими к тому же о нашей помолвке и вашем истинном положении в обществе, одному Богу известно, как жестоко вы способны отомстить!»

– Потому что, – осторожно пробормотала она, – если все узнают о вас… нас… они целыми днями только и будут заниматься тем, что распускать всякие слухи и сплетни и гадать, когда мы поженимся, а мне от этого будет лишь тяжелее на душе.

– Хорошо, пока сохраним все в секрете, – согласился Клейтон и, проводив Уитни к тому месту, где стояли лошади, без малейшего усилия поднял ее в седло.

Уитни схватилась за поводья, торопясь поскорее уехать. Но оказалось, что Клейтон еще не договорил, и девушка невольно сжалась от явной угрозы, отчетливо угадывавшейся под вкрадчивой вежливостью.

– Я дал вам время, поскольку вы сказали, что хотите привыкнуть к мысли о нашей женитьбе. Но если у меня когда-нибудь появятся причины считать, что время понадобилось вам для каких-то иных целей, уверяю, последствия придутся вам не по душе.

– Вы закончили? – осведомилась Уитни, скрывая испуг под маской высокомерия.

– Пока да, – вздохнул он. – Мы еще поговорим завтра.

* * *

Остаток дня Уитни провела с родственниками. Сознавая, что все ее будущее висит на волоске, девушка прилагала сверхчеловеческие усилия, чтобы улыбаться и мило беседовать с этими доброжелательными веселыми людьми и игнорировать к тому же настороженные взгляды отца. Как только все встали из-за стола после ужина, Уитни извинилась и поднялась к себе, стремясь поскорее уединиться.