Уральское эхо

Если считать ковку, ремонт сбруи и двух экипажей, а также расходы на отопление, поддержание дома в чистоте и порядке, вор обходился владельцам промысла почти в 12 000 рублей! Два раза в год, на Пасху и Рождество, он дополнительно получал крупные тантьемы[98]. А ему показалось мало.

Но вот наступила ночь. Служащие покинули контору. Пришел на дежурство запасной ефрейтор с ветхой берданкой и был заперт Лыковым в подвале для его же безопасности. Парень так и не узнал, что начальство приговорило его к смерти…

Большая комната, именуемая минералогическим кабинетом, располагалась на втором этаже и выходила окнами на двор.

Железная дверь, железные ставни, все как положено. Бандиты уже получили копии ключей. Взяв самородки, они должны были перед уходом взломать замки, чтобы отвести подозрение от администрации. К тому времени отставной солдатик уже лежал бы с перерезанным горлом.

Пять человек расположились в двух концах лестницы на второй этаж. Филеры заняли позиции наверху, а сыщики – внизу. Алексей Николаевич не случайно выбрал для нападения именно это место.

Длинная и прямая, лестница простреливалась насквозь. Ступившие на нее оказывались в ловушке, им некуда было спрятаться.

Отдельно стоял вопрос, как быть со сторожем. Ефрейтора нельзя было подставлять под нож. Требовалось, чтобы его роль сыграл кто-то из арестной команды. Роль очень опасную. Обоих питерцев бандиты могли знать в лицо, оставались только жандармы. Вызвался Иван Захарович как самый опытный и смелый. Он приказал принести две бутылки водки и соленый огурец.

Водку старший филер перелил в кастрюлю и спрятал в запечье. При этом сделал один большой глоток, предварительно прополоскав горло. Пустые бутылки Белопашенцев поставил на пол возле топчана. Подумав, он положил их набок. А огурец надкусил и пристроил рядом. Бердану, наоборот, задвинул в самый угол. Полюбовался на картину – хороша! Дыхнул раз-другой, и в комнате запахло будто в кабаке. Завершая мизансцену, Иван Захарович лег на топчан, развалился подобно пьяному и захрапел весьма натурально. Лыков в восторге сказал:

– Да вам в императорский театр надо!

Оставалось надеяться, что бандиты тоже обманутся и не станут резать спящего. Опытные гайменники стараются избегать лишней крови. Если попадешься, меньше приговорят. И все же риск оставался. Вдруг на всякий случай ткнут ножом в сердце?

Приготовления были закончены, в конторе стояла мертвая тишина. Алексею Николаевичу она казалась зловещей.