Училка и мажор

– Двигаем дальше? – немного сварливо поинтересовался Марк, когда мы с ним простояли на крыльце минут пять.

Надо отдать ему должное, все это время он проявлял чудеса терпения. Мне же значительно полегчало. Глядя на раскидистые пальмы, что росли по бокам от подъездной дороги, я пока еще все равно с трудом верила, в какой дали от дома оказалась. Да еще и на острове посреди бескрайнего океана. И это я, которая толком никуда не выезжала за всю свою жизнь. На самолете летела впервые, как и оказалась на курорте.

– Что? – взлетели его красивые брови. И когда это о его бровях я стала думать именно так? – мелькнула ироничная мысль.

– Что, что? – с улыбкой переспросила я.

– Почему ты так на меня смотришь? – дрогнули и его губы в улыбке.

– Просто… – я запнулась. – Не знаю, – тут же пожала плечами. Понимала, что веду себя глупо и непоследовательно, но и поделать с собой ничего не могла.

– Ладно, – кивнул Марк, – тогда потопали устраиваться с удобствами, – взял он меня за руку и повел в холл гостиницы. До этого водитель туда внес наши чемоданы.

Девушка на ресепшине встречала нас как родных. То есть, не нас, а Марка. Она ему так улыбалась, что мне даже стало за нее неудобно. Марк, правда, даже бровью не повел, за что я прибавила к его карме еще один плюсик. И у себя сразу же мысленно поинтересовалась, не ревную ли его? Тут же себя же обругала, но размышлять на эту тему не перестала.

Гессер бойко заговорил с девушкой на английском. Из их болтовни я мало что поняла – выцепила какие-то отдельные слова, смысл из которых не сложился.

– У них есть только один свободный номер, – повернулся ко мне Марк и радостно так сообщил. – С огромной двуспальной кроватью.

– Как, один? – растерялась я. – Но мы не можем с тобой жить в одном номере и спать в одной кровати.

– Что поделать, дорогая, – развел он руки и менее довольным выглядеть не стал.

– Разгар сезона? – с сомнением посмотрела я в окно, за которым продолжало лить как из ведра.

– Именно! – энергично кивнул он и снова затараторил на английском уже не мне.

Зачем, спрашивается, ставить меня о чем-то в известность, если все решения тут принимает он единолично?! Раздражение бушевало во мне, но я послушно отправилась за Гессером к лифту, когда улыбчивая болтушка вручила ему пластиковый ключ от номера.