Ученица чародея

– Не посмеешь.

– Еще как посмею.

Лекарь опешил, мерзкая ухмылка сошла с его лица. Я напряженно выжидала ответа, слушая, как бьет по вискам кровь. Пауза затянулась.

Наконец мсьё Годфруа сказал:

– Если согласишься на скорую свадьбу, скажем, через неделю, будь по-твоему. А спасти жизнь щенка можно – достаточно устроить побег по дороге к месту казни. Итак, по рукам?

Не в состоянии выдавить: «Я согласна», я только кивнула. Чернокнижник удовлетворенно улыбнулся и щелкнул пальцами. Графиня встрепенулась и повернулась к нам:

– Ах, прошу меня простить! Задумалась.

Так позволь, Абели, представить тебе милейшего барона де Годфруа…

Глава 36

– И вы дали согласие?! – вскрикнул Огюстен, потревожив восковую тишину собора.

Мы сидели на одной из боковых скамеек. На стене напротив застыла в молитвенной позе статуя Девы Марии со сложенными у груди руками. Она смотрела на меня сверху вниз с немым укором.

– Да, – я потупилась, мне было стыдно. – Простите, Огюстен, я упала в ваших глазах… Но если ничто иное нам не удастся, я пойду на этот шаг.

– Вы не сделаете этого, – глаза Огюстен разгорелись. – Я вам не позволю. Это слишком большая жертва!

– А что бы вы сделали на моем месте? – грустно улыбнулась я. – Прошло четыре дня, а мы не сдвинулись ни на пус. Даже мое прошение о свидании в Консьержери до сих пор рассматривают. Вежливо отказывают каждый день. Зато теперь в связи с подготовкой к так называемой свадьбе мне позволено свободно выходить из особняка. Я даже утаила некоторую сумму из денег, что мне выдали на покупки.

Огромные кулаки Огюстена сжались:

– Я убью колдуна! Такие подлецы не должны топтать землю!

Я тронула великана за руку. Дождавшись, пока мимо нас проковыляет костлявая старуха, укутанная с ног до головы во все черное – в кружевной мантилье с густой вуалью на лице, я сказала:

– Увы, смерть лекаря Этьену не поможет. А это единственное, что важно. – Я заглянула встревоженному Огюстену в глаза: – Но все равно спасибо, дорогой Огюстен.

Спасибо, что вы есть, что переживаете за меня! Сейчас для меня нет человека роднее. Рядом с вами я оживаю. Все остальное время я будто участвую в безумной мистерии в черных тонах. Знали бы вы, как тяжело терпеть визиты проклятого чернокнижника, слушать галантные беседы с графиней и терпеть все его экивоки. Когда он берет меня за руку, мне хочется кричать. – Я горько усмехнулась: – Какая глупая ирония судьбы – я одновременно невеста двух Годфруа.