Любимая адептка Его Величества

Герцогиня сверкала фиалковыми глазами, а тощий Боксби явно считал её сумасбродкой.

Хозяйка замка помолчала, прежде чем добавить:

– Ты знаешь, что они недавно подсунули королю Георгу план по разделению моих земель? Они уже не шепчутся. Они делят моё имущество официально! За моей спиной и при моей жизни!

Всех тонкостей ситуации я, конечно, не представляла, но за леди стало обидно.

А потом и страшно, потому что Боксби сказал:

– Если вернётесь в столицу, вас могут и убить. Чтобы ускорить процесс.

Тут герцогиня вскинула руку и над её пальцами появилась ослепительная белая плазма.

Плазма явно была смертоносная! И что-то подсказывало, что старушка владеет этой штукой великолепно.

– Как скажете, ваша светлость, – сдался Боксби.

И оба повернулись ко мне.

А я была против! Вернее, за, но… происходящее настораживало. Во-первых, оно не укладывалось в голове, во-вторых, мне по-прежнему очень не нравился длинноволосый, в-третьих… Да мало ли ещё причин!

Зато герцогиня притягивала.

Очередное воздействие на разум? Но я кожей чувствовала, что вот сейчас точно никаких вмешательство нет.

А ещё думалось – пока я интересна герцогине, я в безопасности. Но что будет, если откажусь от сделки? Меня точно отправят домой? Ведь что бы ни говорил маг, перемещение в другой мир не может быть лёгким. Не проще ли прикопать безродную иномирянку в каком-нибудь местном лесу?

– Маргарита! – неожиданно воскликнула леди.

Она стремительно поднялась на ноги и прошлась по комнате. Теперь я увидела всё то, что собиралась рассмотреть несколько минут назад.

Леди была высокой, худощавой, с тонкими словно вычерченными чёрными бровями, живыми яркими глазами и волосами, забранными в высокую замысловатую причёску. Волосы эти, в отличие от бровей, были абсолютно белыми, но герцогине шло.

Ещё ей шла стать. Эти расправленные плечи и идеальная осанка смотрелись так, что я тоже выпрямилась.

Жаль, что генетика у нас всё-таки разная. Хотя внешне мы точно родственницы. Даже сомнений нет.

– Маргарита, нам нужно поговорить наедине, – наконец произнесла дама. Прозвучало нервно, словно для леди, в отличие от Боксби, моё мнение значит очень много.

Боксби тут же поднялся и склонился перед заказчицей в уважительном поклоне.

После этого нас оставили одних.