Тысяча поцелуев

– Документ действительно существует, – подтвердил Дэниел. – У меня есть копия.

– Вы дали ему копию?!

Хью не совсем понимал, какое это имеет значение, но Сара явно была охвачена паникой: кровь отлила от лица, руки тряслись.

– Ты должен порвать эту бумагу, немедленно, – выкрикнула она Дэниелу.

– У меня ее здесь…

– Она в Лондоне? – перебила Сара. – Если это так, я немедленно уезжаю: мне нужно ее забрать, – а что касается твоей свадьбы… обойдетесь без меня.

– Сара! – едва ли не завопил Дэниел. – Это всего лишь копия, а кроме того, единственная гарантия моей жизни.

– Но он может лишиться своей! – парировала кузина.

Дэниел скрестил руки на груди.

– Это зависит исключительно от лорда Хью.

– Скорее от моего отца, – поправил Хью, – потому что именно с него и началась цепь безумств.

Сара потрясла головой, словно пыталась обрести хотя бы тень понимания, и опять спросила:

– Почему вы должны это сделать?

Хью казалось, что все предельно ясно, и добавить к сказанному нечего, но она продолжала сокрушаться, пока не вмешался Дэниел:

– Сара, прекрати! Ты все слишком близко принимаешь к сердцу.

– Не смей меня опекать! – выкрикнула та, стряхнув его руку со своего плеча.

Хью не знал, как быть: ему казалось – что все было сделано правильно, – но, видимо, он ошибался.

– А вы когда-нибудь думаете о ком-нибудь, кроме себя? – взорвалась Сара, повернувшись к нему.

– Конечно. О вашем кузене, например, – напомнил он спокойно.

– Но сейчас все по-другому! Когда угрожали отцу, вы были один, а теперь…

Хью ждал, но она не закончила фразу, не сказала «теперь мы вместе».

"– Но даже если что-то случится с Дэниелом, вы не обязаны выполнять условия контракта, и никто не упрекнет вас за это! Никто! Во всяком случае, не ваш отец, а Дэниелу будет уже все равно!

В комнате стало очень тихо, и Сара, осознав, что ляпнула, запечатала рот ладонью, а потом пролепетала, с ужасом глядя на кузена:

– Простите… О господи, простите!

– Достаточно разговоров! – отрезал Дэниел, бросив на Хью почти неприязненный взгляд, потом обнял Сару и что-то прошептал ей на ухо.

Хью не слышал, что именно он сказал, но поток слез, лившихся по ее лицу, так и не пересох.

– Я пойду соберу вещи, – сказал Хью.

Никто не стал его отговаривать.

Сара позволила Дэниелу увести ее из комнаты, но когда он предложил на руках отнести ее наверх, сдавленно попросила:

– Пожалуйста, нет. Не хочу, чтобы видели, что я расстроена.

«Расстроена». Какое жалкое определение. Она была не расстроена, а уничтожена, разбита.