Тушканчик в бигудях

Но сейчас, войдя к Элеоноре, я не узнал ее комнату. Ковры исчезли. Вместо них повсюду уложены колючие циновки. Шторы сняты, ничем не прикрытые окна мгновенно сделали спальню неуютной, пуфики и скамеечки вынесены, а кровать застелена серой тканью, больше всего похожей на мешковину.

Вера и Николетта стояли у стены, покрикивая на двух мужиков в спецовках. Рабочие держали в руках огромную кадку с деревом, сильно смахивающим на гигантскую двухметровую петрушку.

– Левее! – кричала Николетта.

– Нет, нет, к окну, – командовала Вера.

– Лучше в угол.

– Энергия отсечется!

– Хорошо, – неожиданно согласилась маменька, – пусть у подоконника ставят.

– Что здесь происходит? – наконец обрел я голос.

– Фэн-шуй, – ответила Николетта, – мы по нему ориентируемся.

– Прости, я тебя не понимаю.

– Это древнее китайское учение о правильном интерьере, – сообщила Вера. – Тут совершенно жуткая обстановка, отсюда и болезни, преждевременное старение. Вот скажи мне, Ваня, почему у тебя денег нет?

Я хмыкнул.

– Очевидно, много трачу, – ответил я, – мои расходы превышают доходы. Помнится, в институте нам преподавали политэкономию, и там…

– Не умничай! – рявкнула Николетта.

– Нет, Ваня, – торжественно заявила Вера, – деньги утекают через унитаз!

– Может, и верно, но я вовсе не так много ем.

– Не о продуктах речь, а о крышке! – отрезала Вера.

Я опешил."

"– Если постоянно держать крышку над унитазом открытой, – неслась дальше Вера, – а вы, между прочим, именно так и поступаете, то энергия купюр утекает сквозь толчок к вашим соседям! Вы нищаете, они богатеют. Кто под вами живет?

Я кашлянул.

– Один банкир, очень удачливый, он даже в дефолт устоял.

– Вот! Видите, – завопила Вера, – он питается вашими накоплениями!

Вымолвив эту глупость, она с торжеством посмотрела на меня.

– А нельзя к нему сходить и нашу денежную энергию назад отнять? – заинтересованно спросила Тася. – Ну, в мешок ее покласть и домой приволочь!

– Нет, – покачала головой Вера, – она утекла навсегда.

– И че? Он теперь жировать станет, а нам голодать? – не успокаивалась Тася. – То-то я смотрю, Николетта дала денег на хозяйство, а у меня – пшик, и ничего нету!

– Следует обороняться, – кивнула Вера, – слушайте внимательно.