Тушканчик в бигудях

"

"– Сейчас я выскажу мысль, которая многим покажется спорной, – ответил Макс, – большинство так называемых серийных убийц – трусы. Они совершают череду преступлений от страха, вот как Масик, который боялся, что правда о смерти Павла Бурцева вылезет наружу. Ну а потом одно тянет за собой другое, начинает наматываться клубок, но все равно, даже убив сто человек, такой преступник остается трусом. Масик из этой стаи: желая обезопасить себя, он проявляет хитрость, жестокость, ему абсолютно наплевать на жизнь других людей, но он трус.

– Думаю, Макс прав, – кивнул я, – ну а теперь продолжаю рассказ. «Жду тебя в кафе, запоминай адрес», – велит любовница.

И Масик несется на зов, он чувствует себя мышью, которую злая судьбина постоянно загоняет в угол. Он избавился от Леры и Виктора, теперь Люся щелкает бичом. Масик измучен и издерган, он очень хочет жениться на Алисе и тихо, безо всяких скандалов, отбыть с молодой супругой в какую-нибудь Грецию. Денег тестя хватит на безбедное существование молодой семьи, вот только следует забрать дневник у Люси и заткнуть ей рот.

Масик прибегает в кафе, надев плохо выглаженный, старый костюм, на голове у него, как и у Люси, кепка.

В кафе клубится тьма народа, все заняты лишь собой, Люся спокойно сидит в укромном углу, она заказала капуччино и торт, а для Масика эспрессо с сандвичем, но официантка, мечущаяся между посетителями, не торопится.

– Нашла дневник? – тихо спрашивает Масик.

Люся бросает быстрый взгляд на пакет.

– Да.

– Давай.

– Не здесь и не сейчас!

– А когда?

– После загса.

– Что?!! – подскакивает Масик.

– Ты же меня любишь, – усмехается Люся, – теперь женись! Витька через день-другой умрет, я почти вдова. Классно, да? Имей в виду, я знаю очень много! Кстати, ты кому врал? Мне или ей? Ты Павел или…

Ох, зря Люся начала этот разговор и зря не припрятала дневник и явилась с ним в кафе.